«Видел я тот воздушный бой, о котором вы писали! Мне 12 лет было,  – вот так с порога и начал читать дальше

stepan7

«Видел я тот воздушный бой, о котором вы писали! Мне 12 лет было,  – вот так с порога и начал свой рассказ туапсинец Александр Михайлович Любовский.

Напомним, тот материал, о котором вспомнил в дни обороны Туапсе наш гость, подготовлен был нашим историком Германом Николаевичем Саловым. Он посвящен одному из интересных эпизодов Туапсинской оборонительной операции, а именно воздушному бою между немецким ассом и советским летчиком, генерал-лейтенантом Никифором Глушенковым. Вызов нашим летчикам бросил один из самых титулованных немецких военных авиаторов. И вот в марте 1943 года в небе над Туапсе и состоялась эта дуэль, победителем в которой стал генерал-лейтенант Глушенков, а немецкий летчик был взят в плен.

– Мы в то время уже привыкли к тому, что в небе постоянно кружат самолеты, – рассказывает свою историю Александр Любовский. – Вот и на этот раз гул моторов поначалу особого впечатления не произвел. Но потом мы с братом обратили внимание, что гудит не один, и не два самолета! Смотрим – наши, три самолета! Это было, примерно, часов в десять утра. А потом подлетели два немецких. Покружили, покружили, а потом наши два и немецкий один улетели. То есть в небе остались только две машины. Наш, конечно, имел явные преимущества: он предварительно повиражировал, а затем занял позицию против солнца, то есть сопернику был видим плохо. Затем наш выпустил пулеметную очередь, и фашистский самолет загорелся, но как-то странно загорелся – дым валил, а огня не было видно. Судя по всему, летчик в районе Кадоша выпрыгнул, а «мессер» по инерции полетел дальше и упал в районе Грознефти. Кстати, за ним проследовал и второй фашистский самолет, который до этого покинул место дуэли.

 Александру Любовскому в ту пору было двенадцать лет. Вместе с младшим братишкой и другими детьми военного Туапсе он испытал на себе весь ужас бомбежек, голода, пожаров. Жили они в доме, на месте которого позднее поставили старую пятую школу, то есть на улице К.Маркса ( в войну – Энгельса, 28). С пригорка в самом центре города, конечно, был очень хороший обзор. Но и доставалось этому «стратегическому» месту часто.

– Мы с соседскими детьми как всегда остались дома одни, родители на работе были, – вспоминает Александр Михайлович. – Вдруг – налет. Но мы (кстати, как и многие привыкшие к постоянным бомбежкам туапсинцы) в вырытый рядом с домом окопчик не побежали, переждали в доме. А тут следом – второй налет. Ну, я братишку и тех маленьких взял, и побежали мы в это укрытие. Бомбы посыпались где-то совсем близко.  Когда стихло, мы вышли и увидели, что дома нашего – нет. Вернее, стоит одна стена, на ней – крыша. Вошли мы в то, что было комнатой, и застыли на месте от увиденного разгрома. Но вот, что запомнилось больше всего: железная канистра – всмятку, а стеклянная бутылочка с маслом – целая, футляр швейной машинки – вдребезги, а машинка – невредима!

Наверное, стать свидетелем того самого воздушного боя генерала Глушенкова с немецким ассом Александру Любовскому довелось не случайно. Спустя годы он, учащийся нефтяного техникума, который был тогда в Туапсе, был переведен в Краснодар. Там с друзьями вступили в авиаклуб, а затем – в летное училище. А вот после службы Александр Михайлович пришел работать по специальности сначала на нефтезавод, а затем на нефтебазу, в общей сложности отработав на этих предприятиях с 1967 по 1997 год. А нам повезло, что он – верный  подписчик нашей газеты. Повезло, потому что благодаря этому мы заполнили еще одну страничку истории Обороны Туапсе.