Когда он стоит за прилавком своего магазина «Сантехника», что на привокзальной площади, посетители и не догадываются, что перед ними – читать дальше

Копия IMG_1542

Когда он стоит за прилавком своего магазина «Сантехника», что на привокзальной площади, посетители и не догадываются, что перед ними – легендарный автопилот Краснодарского края Сергей Пиджаков. Трижды чемпион края по ралли, обладатель многих других гоночных призов и кубков. Сергея знают гонщики со всей России, и многие приезжают сюда на открытый чемпионат Краснодарского края, чтобы погонять вместе с ним.
А он… Такой неукротимый на трассе, стоит тут себе, скромный продавец сантехники. И кто бы мог подумать! С этого и начался наш разговор.

– Сергей, у тебя прямо такая двойная жизнь?

– Ничего не двойная, а самая обычная. Попробуйте заниматься автоспортом – это приличные деньги, удовольствие для богатых. А я обычный человек, не наследник миллионеров, у меня простые родители, которых я очень люблю. И чтобы заниматься любимым делом, надо обеспечивать и себя, и его. Я вернулся из армии в лихие 90-е и думал, чем заняться в нашем родном Туапсе. Что только не пробовал. И продуктами торговал, и тряпками. Но в итоге остановился на кранах, трубах, ваннах и унитазах. Это не гниет, не портится, не выходит из моды, и всегда нужно людям.

– А когда стал автогонщиком?

– Когда появилась первая машина. Я не знал в себе таких «талантов». Гонять любил пацаном и на велике, и уже постарше – юношей на мотоцикле, и на папиной «Волге» – как все! И вот у меня появилась своя «Волга 3102», она-то и стала моей первой спортивной машиной. Я ее с другом начал улучшать, «строить». И в итоге мы ее благополучно угробили во время обката перед Сочинским ралли. Потом у меня появился «Мицубиси» «Эволюшн», шестая модель.

– Тот самый «Малыш»?

– Да, у него было такое прозвище, и его все знали.

– Прямо слышу трепетные нотки в твоем голосе…

– Вы знаете, для пилота машина – это вторая жена. Во-первых, ты всю ее перебрал своими руками, во-вторых, ты с ней побеждаешь, она тебя столько раз спасала, вытягивала из таких поворотов… Невольно через несколько лет гонки ты относишься к ней, как к живой. Иногда даже разговариваешь с ней. (Ну все, теперь меня парни засмеют!)
А вообще, я вам скажу, это когда наладились отношения с «Малышом», стало все нормально – мы с ним единое целое. А когда машина новая – она командует тобой, не ты ей. Вот уже два года у меня новая «Мицубиси» «Эволюшн 8», так я не могу обуздать ее.

– Вот почему такая у тебя неровная нынешняя гонка! Ты вел все этапы, а на предпоследних двух сошел с трассы. Это из-за машины?

– Так однозначно не скажешь. Накануне мы со штурманом, видимо, плохо прописали маршрут. Он мне диктует один поворот, а я выхожу на него и сразу же понимаю: совершенно другой градус! Ну и в итоге мы в кювете. Машина не на ходу (если бы можно было двигаться, мы бы шли дальше к финишу).

– А зачем надо было менять машину?

– Ну, из «Малыша» мы как бы выросли, хотелось еще более ходовую машину. А «Малыш» – в Крыму, прекрасно себя чувствует, гоняется. Я был там летом на ралли, видел его в деле, он прекрасен. Пришел третьим.

– А ты со своим новым «Мицубиси»?

– А мы опять сошли. Я же говорил, пока не объездил машину, а она строптивая попалась, (не я, а она меня ведет) назвали – «Крепыш».
Надеюсь, что мы найдем все-таки общий язык!

– Сергей, а ты так и не рассказал, как стал раллистом…

– Сначала был зрителем на наших ралли, потом рискнул заявиться и поймал драйв раз и навсегда. Ездил сначала «нулевым», так, пару раз. Хорошо, познакомился с Валерием Трапезниковым, основателем туапсинского ралли, человеком, который стоял у истоков движения (сейчас он президент Туапсинского автоклуба). Он тогда гонялся и предложил мне быть его штурманом! И мы поехали в Гуково и в первые же гонки взяли первое место. Потом Валера дал мне свою машину и сказал: «Хочешь – езди». И я стал пилотом за рулем его машины.

Вот тогда я понял, что от гонщика мало что зависит. Машина – главное. И – штурман, конечно. Вы вообще представляете себе, что значит гонки? Вы приезжаете на место, оформляетесь. Потом вам выдают документ на две ознакомительные поездки по трассе. И вы со штурманом едете и обозначаете на карте все, что видите – любую кочку, любой поворот, дерево, овраг. У каждой «двойки» (это пилот и его штурман) есть свои обозначения. Например, градус поворота обозначается по шкале от нуля до пяти, у кого-то иначе. Ведь когда ты летишь на скорости 150 километров в час, слова становятся слишком длинными. И если он мне кричит в ухо: «Правая «пятерка!», я знаю, что это поворот направо под 15 градусов – и соответственно давлю на газ. Вот когда мы улетели в поворот недавно, мы всего-то ошиблись с градусом поворота. Он мне крикнул «четверка», а это была «пятерка». В итоге – мы сошли с дистанции. Обычно от того, как четко пропишешь трассу, зависит, как ты ее пройдешь. На первом проезде я стараюсь, чтобы в стенограмму попало как можно больше информации. Стараюсь записать все с первого раза, чтобы вторую попытку пройти на максимально разрешенной в данном случае скорости.

– Ты так спокойно говоришь «кувыркнулся», «ушел в кювет», «сошел с трассы» – а ведь все это чревато страшными травмами.

– В эти моменты ты думаешь только о том, чтобы спасти машину. Я тянул до последнего и, слава Богу, не попал в бетонный столб, а влетел в небольшое деревце, которое самортизировало. Мы же защищены. Правда, скажу по секрету, в последний раз на тренировочной поездке, я не пристегнулся. Наверное, первый раз – и вот тут же меня судьба сразу и подловила. Мы натурально кувыркались, два раза словили крышу. У меня первый раз такое. Хорошо стукнуло по голове и выбило руку. Теперь я еще не сел, а уже пристегнулся. Ну, а машина опять в ремонте.

– Кстати, а на обычной дороге как ты ездишь?

– Очень тихо, спокойно. Зачем мне рисковать, если я и так каждый день гоняю на трассе. Согласитесь, неинтересно пытаться узнать, на что способна машина в городском потоке, если мы постоянно делаем это на трассе в безопасных условиях, сидя за рулем специально подготовленных машин. И рядом со мной адекватные люди. А кто ездит по нашим дорогам, вы и без меня знаете.

– Примерно, во сколько гонка обходится пилоту?

– В несколько сот тысяч рублей.

– ???

– Если серьезная. Считайте: дорога, питание, взнос, обслуживание. Механик, штурман – и еще несколько членов команды. Пока тренировки и на самой трассе – сотрешь несколько комплектов резины. Плюс специальный спортивный бензин. Я уж не говорю о специальной подготовке машины – укрепление стоек, руля и т.д. Практически все, что я зарабатываю в бизнесе, уходит на трассу.

– Как жена терпит?

– А тут иного не дано. У пилота жена должна быть немножко такой же «сумасшедшей», по крайней мере – понимать. Иначе жизни не будет. Автоспорт – ты им жизнь занимаешься, или ты несчастен. Я об одном всегда жалею, что моя Светлана не ездит со мной на соревнования. Но она не может смотреть, как мы летаем, наши «кульбиты» и прыжки в кювет. Однажды, по молодости, я ее уговорил быть зрителем горной гонки в Гизель-Дере. Она это едва перенесла. Говорила: «У меня было только одно желание – остановить гонку!» Теперь у нас правило: как только на финише – сразу звоню ей. А насчет денег, то это вопрос философский: мы для них, или они для нас?

Заключительный, восьмой, этап ралли Краснодарского края пройдет 7 ноября в Чинарах. На пятки, вернее, на задние колеса лидера гонки Сергея Пиджакова наступают новороссийцы и краснодарцы, он всего лишь на несколько очков оторвался от них. Финал обещает быть захватывающим. До встречи в Чинарах!