В канун 100-летия органов госбезопасности журналисты «Туапсинских вестей» попросили ветеранов КГБ рассказать о самых интересных делах. Узнали, как сотрудник НКВД предотвратил диверсию в порту, и сами вспомнили, как вместе с оперативниками ФСБ участвовали в операции по освобождению рабов.

Спас Туапсинский порт

В Ростове-на-Дону до преклонных лет дожил фронтовик Петр Иванович Прядко. И мало кто знал, что годы Великой Отечественной войны он провел на передовой тайной борьбы двух разведок – советской и германской. Недавно было рассекречено его личное дело.
Наша контрразведка заинтересовалась им в ноябре 1941 года. После специальной подготовки Прядко переправили через линию фронта. Вскоре он начал действовать по легенде, подготовленной в НКВД.
До осени 1943 года он добывал бесценные сведения о готовящихся агентах и диверсантах. Ему удалось обезвредить некоторых из особо рьяных служак абвергрупп. Как Штирлиц, он был на подозрении у начальства, но никто не смог доказать его вины. Один эпизод разведчика касается и Туапсе..

– В 1943 году, – рассказывает историк, биограф Петра Прядко, сам ветеран госбезопасности, писатель Николай Лузан, – готовилась диверсионная группа для Туапсе. Это был тяжелый момент для фашистов – под Сталинградом сжималось кольцо, захлебывалось наступление на Северный Кавказ. Туапсе оставался неприступным, и порт работал, единственный на Черном море, поставлял грузы и топливо на фронт. В задачу диверсионной группы входил подрыв объектов порта и нефтеналивных резервуаров. Готовил диверсантов руководитель абвергруппы Шевченко – из перебежчиков, очень серьезный противник, идейный враг. Петру Прядко необходимо было вывести его из игры. Все знали, что Шевченко любил выпить, и Прядко решил этим воспользоваться. Он выкрал агентурные данные по Туапсе, план диверсии и вынес это на улицу, прошелся якобы до туалета, и разбросал документы во дворе. Наутро часовые обнаружили их, донесли начальству. Шевченко расстреляли, а группу, подготовленную для диверсии в Туапсе, расформировали.

Наша контрразведка получила от Прядко подробные данные на 101 вражеского агента. О зафронтовом агенте Петре Прядко начальник управления контрразведки «Смерш» генерал-полковник Абакумов докладывал лично Сталину. За проявленное мужество и героизм в тылу врага героя наградили орденом Красного Знамени. И в 1943 году вернули его… в интенданты. Где он и прослужил до Победы. И до 2000 года никто не знал, кто он на самом деле, скромный пенсионер на лавочке в одном из дворов Ростова…

Захват

В феврале 1992 года произошел первый захват заложников в бывшем СССР о таком раньше не слышали. Это было в Казахстане, после обретения им независимости. Совершили захват заключенные. В органах госбезопасности, в МВД тогда еще работало много кадровых офицеров бывшего СССР. Среди них – Владимир Власов, тогда отвечавший за подразделение по обезвреживанию террористов на транспорте, а теперь туапсинец. В органы госбезопасности он был призван сразу же после окончания института и к тому моменту был опытным офицером. Даже имел Почетную грамоту за безупречную службу от начальника КГБ СССР.

– Главным виновником захвата оказался конвоир-предатель, сопровождавший вагон с заключенными, –рассказывает Владимир Власов. – Заполучив табельное оружие, шесть рецидивистов ворвались в купе к начальнику конвоя, связали его и забрали еще три пистолета. А затем сорвали стоп-кран на пустынном полустанке. Потом под видом пассажиров сели в рейсовый автобус. И захватили его.

К тому времени уже по республике объявили тревогу, автобус ждали, и при попытке арестовать беглецов на одной из остановок завязалась перестрелка. Был убит милиционер, а бандиты закрылись в автобусе с 11 пассажирами.
Террористы, почуяв кровь, были готовы на все. Переговорщикам с трудом удалось заставить их освободить заложников, пообещав выпустить автобус в аэропорт. Те хотели заехать прямо в автобусе в грузовой отсек большого самолета и улететь в другую страну.

– Конечно, никакой аэропорт им не светил, – рассказывает Владимир Власов. – Но без заложников было легче с ними справиться.
Действовали «альфовцы» грамотно и умело. Впрочем, под градом пуль и натиском вооруженных спецназовцев, уголовники потеряли всю свою прыть и сдались.

– Я мужа не видела несколько дней и ночей, –помнит и сегодня жена Владимира Власова Галина Алексеевна. Ждать и верить – это судьба жен работников органов госбезопасности.

– Владимир Анатольевич работал так, что мы его практически не видели, – рассказывает Галина Алексеевна. – Утром ушел – ночью (хорошо вечером) пришел. В отпуск с детьми к маме, в Туапсе я всегда ездила одна. Однажды он приехал прямо с задания, не успел сдать оружие. Спрятал пистолет под подушку. А шестилетний сынишка заприметил! Выждал, когда мы заснули, и попытался стащить оружие. Но работника органов не проведешь. Когда он уже засунул ручонки под подушку, отец его поймал! И такое было…
В 90-х годах, когда до выхода на пенсию оставалось всего ничего, они вернулись в Туапсе Владимир Анатольевич перенес инсульт, но он и сегодня занимается на тренажере и бодр духом.

Подпольщики без аттестата зрелости

Ранним февральским утром 1969 года редкие прохожие Грознефти изумлялись и спешили пройти мимо надписей на асфальте: «Долой тиранию компартии!». Потом стали находить листовки… По Туапсе пополз слух о том, что в городе существует какая-то подпольная антисоветская организация.
Из докладной записки Ю. Андропова, председателя Комитета госбезопасности в ЦК партии:
1970 год. Управлением КГБ по Краснодарскому краю выявлен в городе Туапсе нелегальный «Клуб борьбы за демократию», состоящий из 10 человек, в основном школьников 8-9 классов средней школы № 3. Из них 7 членов ВЛКСМ». Никто в Туапсе в то время не знал о существовании этой группы. Не знали и в школе.
Этим делом занимался Николай Михайлюк. Старший сержант во время Великой Отечественной войны и подполковник КГБ впоследствии защищал наш Туапсе, воевал на Малой земле, получил контузию. Потом курсантская школа в Москве, и снова война – минером в составе отдельной разведывательно-диверсионной группы. День Победы встречал в Кенигсберге, а война для него закончилась в Японии. С Николаем Сергеевичем мы близко познакомились, когда ездили в Москву, в Кремль вместе с делегацией от города получать из рук президента России Владимира Путина Верительную грамоту о присвоении Туапсе звания Города воинской славы. Вот тогда, по дороге в Москву он и рассказывал о своей работе в КГБ.

– Мне было даже не удивительно, что служить направили в тот город, с которого для меня началась война, – рассказывал Михайлюк. – Удивительно было узнать, что в городе, есть такая организация.
Их выявили по почерку. Люди, найдя листовки в почтовых ящиках, понесли их в райком комсомола, в горком партии, те передали в КГБ, естественно. Там сразу определили: детский почерк. Не надо быть Шерлоком Холмсом, чтобы догадаться разослать прокламации по школам – их в Туапсе всего было семь. Поручили собрать тетрадки, сличили буквы…

– С детьми и их родителями разговаривали, конечно, в КГБ, – рассказывал Михайлюк. – Ни о каком наказании речи не шло. Мы даже рекомендовали директору школы не исключать их. Так и было. Дети учились дальше. Кого хотели, родители увезли – от греха подальше. Знаю, некоторых (не всех) исключили из комсомола, но это было желание самих школьников. А так все ребята закончили школу.
Учебный год кончался, через месяц начались каникулы, и все с облегчением забыли о борцах за демократию. А в новый учебный год о них даже не вспомнили!

Погоня в нейтральных водах

Подполковник Борис Балухин с 1988 по 1994 год служил начальником Туапсинской погранзаставы.

– Нашей задачей было не допустить нарушение Государственной границы в море на нашем участке от Агоя до Магри, – рассказывает он. – По ночам мы использовали мощный прожектор, который бьет на 8 километров.
По словам Бориса Балухина, редко какое лето не обходилось без задержания. В основном, это были не злостные нарушители границы, а иностранные моряки, решившие тайком, в поисках приключений, отплыть со своего судна в лодке на берег. Или, наоборот, к ним стремились жрицы любви. Был случай, когда их обнаружили в лучах прожектора на якорной цепи. Во время шторма искали унесенных в море на надувных матрацах. Это были обычные будни пограничников. Но одно происшествие в 1990-м году наделало много шуму.

…Свой побег за границу уголовник-рецидивист и дезертир срочной службы готовили тщательно. Они месяц изучали, как просматривается пограничниками море по ночам. Съездили в Батуми, в Сочи. Но остановились в Туапсинском районе, на одной из баз отдыха в Новомихайловском. Бандиты вычислили место, на которое благодаря рельефу не попадал луч прожектора. Именно оттуда они решили бежать. В 4 часа утра угнали катер, бензином запаслись заранее, и, рассчитав курс, избежали попадания в луч прожектора.

– Все это выяснилось потом, в процессе расследования, – рассказывает Борис Балухин. – А утром, обнаружив пропажу катера, руководство здравницы, доложило об этом в органы. На уши было поставлено все побережье. По расчетам, нарушители должны быть уже где-то в нейтральных водах. Их обнаружили вертолетчики – в 60 километрах от Турции. На призывы остановиться они не реагировали, пришлось дать предупредительные очереди. Снова никакой реакции. Тогда выстрелили по лодке. А там – канистры с бензином! Лодка взорвалась, но нарушителей живых и почти невредимых подобрал подошедший катер. Их потом судили.

Современные рабы

А эта история произошла уже практически в наши дни, в начале 2000-х. Начальник Туапсинского отдела Федеральной службы безопасности по Краснодарскому краю Николай Семеняк пригласил журналистов нашей газеты поучаствовать в операции. Какая, что будет – не разглашалось. Встреча была назначена в 24-00. Разъяснения журналисты получили только в автобусе, по пути следования на одну из отдаленных баз отдыха.

– Поступил сигнал, – рассказал нам Николай Семеняк, – о том, что руководитель этой базы незаконно удерживает в рабстве более полусотни человек – нелегалов из Узбекистана. Одному удалось сбежать, он и рассказал об этом.
Мы, конечно, читали о подобном, но чтобы у нас в районе такое было! И вот под покровом ночи автобусы со спецназом и оперативниками ФСБ останавливаются возле высокого забора.
Все это напоминает какой-то боевик. Ребята в касках и форме взламывают дверь «казармы», а за ней притаились в напряжении испуганные люди. В маленьком тесном пространстве на трехъярусных нарах, даже на полу! – они лежат, сидят, кто-то пьет чай. При виде «гостей» – пугаются. Они не говорят по-русски. Не понимают, что происходит, почему их потревожили ночью.

Начинается процедура оформления. Выясняется, что все они приехали в Россию на заработки, конечно – нелегально. Один «добрый» человек нашел им работу, привез сюда, другой «добрый» человек забрал их паспорта и заставляет работать. Без зарплаты – за еду, за содержание в нечеловеческих условиях.
Это потом уже в России будет создана миграционная служба, наведен порядок в плане оформления мигрантов, изменено законодательство, сурово наказывающее тех, кто использует нелегальную рабочую силу. И такие операции способствовали скорейшему принятию этого решения на уровне правительства.
А тогда люди были освобождены, паспорта им выдали и отправили всех на Родину.