IMG_9318

К 70-летию освобождения Ленинграда.

ООО «РН «Туапсенефтепродукт» представляет своих героев.

Однажды в 1975 году главного инженера Туапсинской нефтебазы Дмитрия Николаевича Малова послали в командировку во Францию принимать детали к шлангующей установке, которую собирались впервые в истории базы монтировать на нефтепирсе. Наивные французы надеялись, что приехал обычный советский служащий, обалдевший от прелестей Франции и автоматически готовый подписаться под всем. Каково же было их изумление, когда «господин Малов» начал тщательно проверять детали, измерять, чуть ли не обнюхивать… И – забраковал. Скандал разразился жуткий. Чудом не перерос в международный. Малов вежливо, но твердо стоял на своем. Французы тоже вежливо – но подключили советское посольство. К несговорчивому туапсинцу приехали наши дипломаты и пытались уговорить его.

Но и дипломатам это не удалось! В самый разгар «дипломатической» войны   кто-то из делегации сказал: «Оставьте его, это бесполезно. Он же блокадник. Его не переломишь…»

И пришлось французам переделывать все заново, и  увеличивать сроки гарантии. Но потом, в конце командировки они все-таки набрались духу и спросили его – что такое «блокадник»?

Град обреченный

«В Ленинграде был холод, жуткий, свирепый, и замерзающие кричали в обледенелых подъездах – все тише и тише, по многу часов. Я бы там обязательно сошел с ума. Меня спасло то, что я был маленький. Маленькие просто умирали…». Это отрывок из повести Стругацких «Град обреченный».

До дрожи, до мурашек по коже совпадает этот рассказ с тем, что рассказывает мне Дмитрий Николаевич Малов. Он ребенком пережил блокаду. Ему было 10 лет.

… Когда утро начинается с монотонного «бум-бум» за стеной, ты знаешь, что это за ночь снова умер кто-то из соседей. Замерзший труп обессиленные соседи за ноги выволакивают по ступенькам на улицу, и голова умершего бьется об эти ступеньки — «бум-бум», «бум-бум».

… Когда ты вместе с такими же закутанными и молчаливыми детьми идешь к Обводному каналу за водой (взрослые либо на работе, либо уже недвижимы), и те, кто с тобой шел, вдруг падают на снег и не шевелятся – надо идти дальше. Дома ждут воду.

… Когда у тебя украдут карточки на всю семью на целую неделю, надо просто готовиться к смерти.

Это и еще много-много страшных мгновений и дней пережил Ленинградский мальчик Дима Малов. Их семью не эвакуировали, потому что отец работал на военном заводе, который остался в Ленинграде. Вся семья – мама, папа, сестра и брат, и он, Дима, выжили. Это чудо. Такое в блокаду случалось очень редко. Отец был простой рабочий. Мама – домохозяйка. Запасов никаких, и доступа к продуктам тоже. Просто им помогал Бог.

В тот самый страшный день, когда у сестры Зои украли в очереди все карточки, у них во дворе (где стояла воинская часть) загорелось здание. Естественно, военные спасали продукты. Что греха таить, было и такое, о чем я сейчас напишу, и людей можно понять. Рискуя собой, из полыхающего здания солдатики выволокли флягу с растительным маслом и спрятали в квартире первого попавшегося дома. Это была квартира Маловых.

Видимо, флягу посчитали сгоревшей, и когда ночью с баллончиками и кружками к ним потянулись дети и жены военных – досталось масла и семье Димы.

Всю неделю, всю ту голодную неделю без пайковых 125 граммов, они питались этим маслом.

А может, они выжили, потому что и до войны жили тяжело, скудно. Никогда не было в доме много еды. В блокаду не пришлось менять образ жизни. Но то, чего насмотрелись, хватит не на один фильм ужасов…

— Страшно было не само по себе чувство голода, а то, что происходило вокруг блокады. — говорит Дмитрий Николаевич, -вот те же карточки у Зои забрала лучшая подружка, одноклассница. Она была в очереди ближе  и сказала ей: «Давай я я возьму тебе, чтоб ты не стояла» Та отдала ей карточки и…больше никогда не видела своей подруги -даже после войны. А однажды  в соседний дом забрались нелюди (иначе и не скажешь) и, воспользовавшись слабостью людей, по живому вырезали у них с тела куски мяса и ушли. Если кто-то кричит за стеной -на это в общем не реагировали. Кричали все…

Кричала и его одноклассница, соседка с нижнего этажа. Она украла у семьи карточки и проела  их с друзьями.И начала охотиться за следующими. И тогда мать привязала ее к кровати за руки и за ноги и перестала обращать на нее внимания. Пока та не умерла. А когда умерла -выбросила труп во двор, чтоб санитарная команда подобрала.

Разве можно это было рассказать французам из 1975-го? Разве поняли бы они, такие красивые, такие современные, модные, что пережил он ребенком в те страшные холодные 872 дня? Это только наши люди знают слово «блокада». Он синоним  Ленинграда. Синоним мужества. Синоним страшной правды о войне.

— Но вы не забывайте, что при всех этих ужасах, Ленинград боролся! Люди, в основном, женщины и подростки работали на заводах. В такимх условиях — и работали! Правда у них был спецпаек, но все равно.

Говорят, что люди, пережившие Ленинградскую блокаду, приобретают иное, нежели у обычного человека, качество, что-то подобное сверхчеловеку. Они становятся выносливыми, сильными, долго не стареют и долго живут.И не боятся ничего. Потому что они смотрели в бездну…

Дмитрий Николаевич так и выглядит в  свои 82 — удивительно молодо и позитивно. Каждый день гуляет  два часа по центру города, заходит на рынок, к морю. Сам себя считает счастливым человеком: выжил тогда и прожил интересную жизнь.

13-летний передовик

Ленинград научил его выживать, работая. Надо было двигаться, чтобы не замерзнуть, не умереть, так он и был всю жизнь – в порыве. Когда после снятия блокады -как раз в эти дни, но семьдесят лет назад, они вслед за заводом переехали в столицу.  Маленький, блокадный мальчик в 13 лет устроился рабочим на заводе отца. Он сохранил фотографию с пропуска -ушастый пацаненок,  мальчишечка. А как его, молодого и худеющего слесаря-лекальщика, ценили! План выполнял на 400 процентов. И эта его фотография висела на Доске Почета. Но помимо работы на заводе он еще подрабатывал рубкой дров! Ходил по дворам и рубил дрова -за это была живая копейка в семью.

Кстати эта его черта -быть ответствественным за семью была его главной. Он сделал все, чтобы его жена, Шуша, которую он однажды матросом-срочником  встретил на танцплощадке в Туапсе, была с ним счастлива. Обеспечил квартирами и машинами всех внуков, и сейчас старается помочь. Хотя все ему говорят: «Дедушка, главное, чтоб ты подольше был с нами».

После Москвы семья переехала во Львов, и там он заканчивал пятый класс, а потом поступил в «нефтяной» техникум. И там, во Львове, он умудрился в свободное от учебы время работать – опять-таки, чтобы младший брат не просил все время есть, а мама не плакала по ночам.

Все это ленинградская закалка: держаться за жизнь руками и зубами – и выжить во что бы то ни стало.

Легенда нефтебазы

Малов – ветеран ООО «РН-Туапсенефтепродукт». Одна из ярких страниц биографии предприятия.  Дмитрий Николаевич  отдал всю жизнь туапсинской  нефтебазе – от мастера вырос до главного инженера. И фактически оставался им до самого ухода с нефтебазы, то есть до 1998 года, хотя потом уже числился на других должностях.

Многое из того, что было выполнено как задел Малова, функционировало еще не один десяток лет. Но сегодня, конечно, предприятие совершенно иное, и уже его сын и внук работают здесь, унаследовав не только гены инженера-механика, но и любовь к предприятию, ставшему навсегда родным.

В бытность его работы на нефтебазе ходили легенды о том, как он знает оборудование. Мог с закрытыми глазами начертить подземные (тогда) ходы трубопроводов, каждый изгиб трубы, каждую деталь любого насоса. Его называли ходячей энциклопедией нефтебазы. И руководство знало: если Малов сказал делать так, а не иначе, значит на то были причины. Он был в центре реконструкции нефтепирса и эстакад, возрождал оборудование после пожара на танкере «Лиски», строил автозаправочные станции. Ту самую революцию на нефтепирсе, когда производство от лебедок и многокилограммовых шлангов шагнуло к специальным шлангующим устройствам тоже делал он. Вместе со всем коллективом, разумеется. И всегда ему хотелось большего.

Успеть еще, пока хватает сил, пока есть энергия. Энергия, дарованная судьбой, особая ленинградская…

 

[box type=»info» size=»large» style=»rounded» border=»full»]Цифры и факты блокадного Ленинграда

Зимой 1941 года в городе находилось 2 миллиона 544 тысячи человек (в том числе 400 тысяч детей).Всего за период блокады по разным данным погибло мирного населения от1,2 до 15 миллиона человек. Только в первый год блокады умерло 780 тысяч.

В день – по кусочку

Нормы выдачи хлеба с 20 ноября по 25 декабря 1941 года: рабочим – 250 граммов, служащим и членам их семей – 125 граммов; личному составу военизированной охраны, пожарных команд, истребительных отрядов, ремесленных училищ и школ ФЗО, находившемуся на котловом довольствии – 300 грамм.

Такие нормы привели к резкому скачку смертности от голода – за декабрь 1941 года умерло около 50 тысяч человек.
В конце декабря 1941 года нормы выдачи хлеба были повышены до 350 граммов рабочим и до 200 граммов остальным жителям города. Все остальные продукты почти перестали выдаваться.
В феврале 1942 года нормы выдачи хлеба составили: рабочим – 500 граммов; служащим – 400 граммов; иждивенцам и детям – 300 граммов.

Ленинград боролся

За зиму 1941-1942 гг. и весну 1942 года на фронт ушло свыше 100 тысяч ленинградцев.
В 1942 году:32 000 женщин и девушек служили медицинскими сестрами, 600 000 детей и подростков постоянно работали на оборонительных сооружениях. Они выкопали 700 километров противотанковых рвов – одними лопатами и кирками. Они возвели 300 километров лесных завалов и построили 5000 блиндажей.
В 1942 году промышленность Ленинграда отправила на фронт 60 танков, 692 орудия, более 150 минометов и 2800 пулеметов, около 35 тысяч автоматов, до 1,7 млн. снарядов и мин.

Из 881 дня блокады город подвергался варварским обстрелам 611 дней. В 1944-1945 гг. ленинградцы проработали на стройках свыше 50 млн. часов, было введено в строй две трети разрушенного врагом жилого фонда. К концу 1943 года голодные люди  частично или полностью ввели в действие 212 заводов и фабрик, выпускавших более 400 видов военной продукции.

К зиме 1943-44 годов 99 процентов жилых домов имели уже действующий водопровод. Было отремонтировано 350 тысяч квадратных метров уличных магистралей, на 12 маршрутах стали курсировать 500 трамвайных вагонов.[/box]