Так получилось, что старинный вальс английского композитора стал лебединой песней “Титаника” и героем одной из главных песен Великой Отечественной войны

Стихи песни-вальса «В лесу прифронтовом» родились в 1942 году. В дни этих смертельных битв, поражений, потерь появляется несказанно нежное и щемящее: “С берез, неслышен, невесом слетает желтый лист, старинный вальс “Осенний сон” играет гармонист…” Ну зачем эта нежность солдатам перед боем?

Трудно представить, но стихи о том, как перед боем  сидят и слушают бойцы вальс, под который они танцевали и любили, поэт Михаил Исаковский написал в тылу. Он сумел прочувствовать то, что происходило не с ним.

Он отправил стихи Матвею Блантеру, композитору, с которым уже была написана “Катюша”. Добавил короткую приписку: ”Матвей, я написал стихи. Может, этим обеспечу хоть какое-то участие в войне.”

Поэт Михаил Исаковский написал стихи в тылу. Он сумел прочувствовать то, что происходило не с ним.

И как это часто бывало с песнями Исаковского, многим солдатам показалось, что она написана лично о нем. Она впервые прозвучала по Всесоюзному радио в 1943 году, и тут же в редакцию  из московского госпиталя позвонил раненый солдат: “ Гармонист из песни, что «Осенний сон» играл, я был! Наверное, ее кто-то из наших бойцов написал!  Неужели нет? Откуда же он про меня знает? Словно всю войну рядом…” 

За этот вальс и другие военные песни Матвею Блантеру в 1946 году была присуждена Сталинская премия, а ещё раньше, в 1943 году, за тексты для песен получил Сталинскую премию Михаил Исаковский. Пела ее Майя Кристалинская, Иван Козловский, Дмитрий Гнатюк, Тамара Синявская, Владимир Трошин, Людмила Гурченко — всех не назвать. И сегодня без этой песни не обходится ни один День Победы.

Но причем же здесь “Титаник”?

При создании музыки Блантер хотел передать настроение, мелодию  “героя” стихотворении Исаковского — вальса «Осенний сон». Этот вальс  был, можно сказать,  главной, почти народной  довоенной танцевальной мелодией.  Под звуки этого вальса, как поётся в песне, почти все сегодняшние бойцы  «ходили на круг», «любили подруг», грустили и радовались. Он хотел, чтобы на фронте, заслышав его, каждый вспоминал что-то своё, дорогое, заветное, что согревало сердце.

Кто же тогда знал, что у “Осеннего сна”,  написанного  еще в 1908 году  английским  “королем вальса» Арчибальдом Джойсом, к тому времени уже была своя загадочная и  драматичная история. Ведь чудесная музыка почти сразу, еще до Первой мировой войны,  “потеряла” и свое авторство, и национальность, не только в СССР,  во многих странах  мелодию  вальса стали считать  своей. Как это могло произойти так быстро, ведь тогда не было интернета и даже телевидения?

Но главная интрига в том, что, как утверждают многие историки, именно эта музыка в 1912 году звучала на борту «Титаника», когда судно шло ко дну. Правда, по другим данным, оркестр играл христианский гимн “Ближе, Господь, к Тебе”.

Французский историк Дидье Франкфор, посвятивший вальсу целую книгу, которую так и назвал «Последний вальс «Титаника», уверен: играли “Осенний сон”.

 Он провел настоящее расследование.  Дидье Франкфор говорил, что он  следовал за историей этого вальса — но как бы в обратную сторону: “Это было похоже на полицейское расследование. Точкой отсчета для меня была совершенно случайно услышанная мелодия. Мне сказали, что это сербская народная песня. Но я уже слышал ее раньше. Тогда я стал рыться в дисках и звуковых файлах и понял, что знаю эту музыку в финской версии. Ее по-фински пел великий эстонский баритон Георг Отс, знаменитый советский певец.

Итак, Георг Отс пел этот вальс, и я подумал, что, может быть, это вальс моряков Балтийского флота? Но я по-прежнему не понимал, как эта музыка попала из Финляндии в Сербию, у которых нет даже общей границы. Ответ был довольно очевиден — между двумя этими странами лежит Россия, вернее, лежал Советский Союз, музыка явно прошла по российской территории. Советский Союз был нитью, которая протянулась между двумя версиями этого вальса. Уже после финской версии я нашел шведскую, в том числе в виде рок-музыки, и даже бразильскую, под названием «Вальс о любви». И эту невероятную географическую широту распространения я должен был объяснить как историк. Как эта музыка попала во все эти страны? Почему она так знаменита? В чем секрет? В конце концов я нашел ответ! Этот вальс, во-первых,  значился в списках музыки, которую крупные трансатлантические компании еще до Первой мировой войны рекомендовали к исполнению на борту своих круизных лайнеров. А во-вторых, этот английский вальс, написанный Арчибальдом Джойсом, попал в Россию, когда он приезжал туда с гастролями, еще до Первой мировой войны!” 

В ночь с 14 на 15 апреля 1912 года, когда суперлайнер “Титаник” ударился об айсберг и начал стремительно тонуть, капитан велел оркестру “Северная звезда” играть вальс “Осенний сон”, чтобы умерить панику. И  музыканты играли до конца, почти все погибли, спаслись лишь двое из них. Они и рассказали, что  вальс навсегда соединился с трагедией “Титаника” и подвигом музыкантов. 

Вот какой вальс стал главным для наших бабушек и дедушек на танцах довоенного времени, и это его название и ноты сохраняются  в песне “В лесу прифронтовом”. 

Слова, мелодии, истории  песен войны… Чем взрослее ты становишься, тем больше они   трогают, пробивают то, что уже давно, казалось, стало непробиваемым. Встают родные лица, некоторые ты видел только на военных фотографиях.  Играет вальс — и ты переносишься к ним, Солдатам Победы. Они умели воевать, и жить, и песни писать, и вальсы выбирать. И все пристальнее вглядываешься  в их черты, скрытые уже навсегда мысли, мечты. Мы носим их фамилии, поем их песни. Помним и гордимся. Парадокс в том, что и наши дети, а уже и внуки гораздо лучше знают  их, военные песни, чем те, которые появлялись уже по нашему запросу. Но ведь они и были поколением Победителей — во всем.

С берёз, неслышен, невесом,

Слетает желтый лист.

Старинный вальс «Осенний сон»

Играет гармонист.

Вздыхают, жалуясь, басы,

И, словно в забытьи,

Сидят и слушают бойцы —

Товарищи мои.

Под этот вальс весенним днём

Ходили мы на круг;

Под этот вальс в краю родном

Любили мы подруг;

Под этот вальс ловили мы

Очей любимых свет;

Под этот вальс грустили мы,

Когда подруги нет.

И вот он снова прозвучал

В лесу прифронтовом,

И каждый слушал и молчал

О чём-то дорогом.

И каждый думал о своей,

Припомнив ту весну,

И каждый знал — дорога к ней

Ведёт через войну.

Пусть свет и радость прежних встреч

Нам светят в трудный час,

А коль придётся в землю лечь,

Так это ж только раз.

Но пусть и смерть в огне, в дыму

Бойца не устрашит,

И что положено кому

Пусть каждый совершит.

Так что ж, друзья, коль наш черёд,

Да будет сталь крепка!

Пусть наше сердце не замрёт,

Не задрожит рука.

Настал черёд, пришла пора,

Идём, друзья, идём!

За всё, чем жили мы вчера,

За всё, что завтра ждём.”