Немецкие дети попали в жернова фашистской идеологии.

Когда падение Третьего Рейха было уже очевидным, Гитлер впал в полное безумие.

В то время, как Советская армия уже приперла фашистов к стенке, фюрер продолжал упорствовать и отправил на войну детей – подростков. То есть членов молодежной организации НСДАП. В начале войны «дети Гитлера», как их называли, а это дети с 10 лет, отправляли посылки солдатам, одеяла и прочие вещи, которые могли пригодиться на фронте.

Детям хорошо «промывали» мозги фашистской идеологией, самих проверяя на «расовую чистоту, свободную от позора». Но, когда объявили мобилизацию, дети и их родители впали в панику. Только ни о каком добровольном выборе и речи не было.

«Последнюю надежду Третьего Рейха», в возрасте от 12 лет, отравили под танки и пули. К 1945 в Фолькштурм вступали даже гитлерюгендовцы от 10 лет. В рядах армии детей оказались даже девочки.

Гитлер прикрыл фронт детьми для того, чтобы максимально задержать продвижение Советской армии и отвести регулярные части немецкой армии за реку, где те сдавались союзникам. 13-летних мальчиков наспех обучали обращению с «панцерфаустом».

Фанатично настроенные волчата Гитлера, в униформе больше на несколько размеров и в болтающихся на головах касках, особенно ожесточённое сопротивление оказали в Кенигсберге, Бреслау, Данциге и Берлине.

А кого не взяли на войну, превратились в партизан. Однако, далеко не все были охвачены идеей защищать Германию до последнего. Дети, есть дети.

Из воспоминаний бывшего члена Гитлерюгенда, который оказался под городом Шверин:

«Меня посадили недалеко от перекрестка возле какого-то фольварка (фермы). Оставили ящик фаустпатронов. Больше ничего не дали. Задача была уничтожить как можно больше русских танков, когда они пойдут через этот перекресток. Стал ждать. Часа через два послышался шум моторов и из-за фольварка, на перекресток, вышла колонна из трех или четырех танков.

Я произвел выстрел по первому. Попал куда-то в ходовую. Танк встал, но не загорелся. Видимо экипаж второго танка засек место, откуда стреляли и сразу засадил по кустам, где я сидел, с башенного орудия. Что было дальше — не помню. Очнулся в окружении русских танкистов. Меня хлестали по щекам. От этого я и пришел в чувство.

Они очень эмоционально спорили, видимо решали, что со мной делать. Один из них достал пистолет.

В это время подошел пожилой танкист, скорее всего командир, т.к. спор затих и все встали по стойке „смирно“. К этому моменту я уже и сам смог встать на ноги. Командир расспросил подчиненных, что произошло. После чего он посмотрел на меня (мне тогда было 13 лет), подошел, сорвал погоны с мундира, выкинул их. После чего развернул в сторону поля и дал несильного пинка.

Я побежал через поле в сторону леса. До него было недалеко. Все время ждал выстрела в спину. Добежал до опушки леса, где и упал.

Там со мной случилась истерика. Через некоторое время я успокоился. Танковая колонна к этому времени двинулась дальше…».

О том, как воевали «дети Гитлера», показано и в фильме «Мост», основанного на реальных событиях писателя Грегора Дофмейстера. Он сам в 16-летнем возрасте с другими школьниками был отправлен на оборону моста.

Его рассказ несет в себе лишь один смысл — бессмысленная гибель молодого поколения, которое было обмануто старшими офицерами той самой «великой идеей».

Кстати, самая главная эмоция в фильме выражена не в эпизоде с плачущим парнем, который не хочет умирать и испугался смерти (это стало предметом многочисленных шуток в соцсетях), а в том, как взрослые солдаты, увидев приближающиеся вражеские танки, бросают свой автомобиль и убегают прятаться по подвалам, оставляя школьников один на один. Вот, где самая настоящая трусость!

А теперь статистика. К началу Второй мировой войны в «Гитлерюгенде» состояло свыше 2 миллионов юношей и девушек. По данным немецких историков Харальда Штутте и Гюнтера Лукса, за 2 года существования военизированных подразделений «Гитлерюгенда» или «Детской дивизии» в боях погибло свыше сотни тысяч гитлеровских солдат подросткового возраста.