Корней Чуковский написал десятки книг. Самые яркие свои произведения он создал в тот период, когда на свет появился его четвертый ребенок – дочка Мария или Мура, как с любовью называли ее родные.

Именно для нее и о ней написал Чуковский знаменитые сборники «От двух до пяти», «Чудо-дерево», «Муркина книга»: «Дали Мурочке тетрадь, стала Мура рисовать…».

Маленькая, смешная, остроумная и чуткая Мура стала его музой. Именно в это десятилетие, когда дочка росла, были написаны самые яркие произведения — «Тараканище», «Мойдодыр», «Муха-цокотуха», «Айболит» и многие другие.

Однако судьба дала девочке короткую жизнь. Маленькая Мария заболела костным туберкулезом. Осенью 1930 года семья Корнея Чуковского отправилась из холодного Питера в Крым, надеясь на чудо мягкого южного климата.

В то время антибиотиков еще не изобрели, и туберкулез пытались лечить закаливанием, пробуждая иммунитет. Мурочку привезли в знаменитый в то время противотуберкулезный санаторий имени Боброва в Алупке. Здесь работали одни из лучших врачей. Им удавалось спасти не одну жизнь.

Конечно, семья Чуковского надеялась на чудо. А малышка, шутя перечислила, какие ужасы ждут ее в этой больнице. Корней Иванович даже записал их, чтобы потом посмеяться с дочкой над ее страхами. А вышло все иначе.

Сама дорога до больницы из Севастополя до Алупки стала настоящим адом. При каждом камушке, выбоине на дороге, находящаяся в машине на руках родных девочка вскрикивала и стонала от боли.

Чуковский позже написал: «Мура кричала, замирая от боли, — и ее боль отзывалась в нас троих таким страданием, что теперь эта изумительно прекрасная дорога кажется мне самым отвратительным местом, в котором я когда-либо был…».

Несмотря на усилия врачей, организм малышки не справился. Пришлось делать операции за операциями. Девочка стойко переносила страдания. Корней Чуковский писал:

«Нам выпало присутствовать при ее четвертовании: выкололи глаз, отрезали ногу, другую — дали передышку, и снова за нож: почки, легкие, желудок. (Сегодня ночью я услышал ее стон, кинулся к ней. Она: «Ничего, ничего, иди спи».) И все это на фоне благодатной, нежной, целебной природы — под чудесными южными звездами, когда такими противоестественными кажутся муки».

Отец не отходил от дочки. До последнего он дежурил у ее постели. А она старалась быть веселой, не расстраивать никого. Хотя надежды на выздоровление не было никакой, все это понимали.

Его 11-летней дочки Марии не стало 11 ноября 1931 года. Как потом написал горем убитый отец «Похороны были не самое страшное: гораздо мучительнее было двухлетнее ее умирание. Видеть, как капля за каплей уходит вся кровь из талантливой, жизнерадостной, любящей.

Чуковский через полгода вернулся на могилку ребенка в Крым. Он помнил каждую секунду, проведенную здесь.

«С тошнотою гляжу на этот омерзительный берег. И чуть я вступил на него, начались опять мои безмерные страдания…», — писал в своих воспоминаниях Чуковский. За 7 лет до собственной смерти писатель сказал: «А я все еще притворяюсь, что жив».

Где действительно захоронена маленькая Мария, историки затрудняются сказать. Кто-то считает, что она была захоронена в Гаспаре. Другие уверены, что нашли могилу на Алупкинском кладбище недалеко от дороги к церкви.