На днях в музее имени Полетаева открылась выставка, на которой представлены изделия лучших мастеров России, связанные с зимой и Новым читать дальше

IMG_4554

На днях в музее имени Полетаева открылась выставка, на которой представлены изделия лучших мастеров России, связанные с зимой и Новым годом. Необычность и красота этой экспозиции в том, что ни одна вещь не имеет аналогов, это неповторимое творение рук. 

Ну какая зима без пуховой шали? Белоснежные, невесомые, с неповторимой паутинкой кружев оренбургские платки не оставили равнодушной ни одну посетительницу! Объемные на вид и очень теплые, они запросто проходят через обручальное кольцо. Что и продемонстрировали организаторы выставки, вывесив их продетыми в кольца на стенды.

– Еще наши предки прятали шаль в скорлупу от гусиного яйца, и если она помещалась, значит вещь хорошая, – рассказала научный сотрудник музея имени Полетаева Лариса Москаль, – наши шали легко поместятся в оболочку от яйца.

Кстати, козы, из шерсти которых делают эти уникальные платки, растут только в России. Попробовали было выращивать у себя таких «пуховок» англичане, которым очень уж нравятся наши платки, однако ничего у них не получилось. Из-за мягкого климата шерсть у козочек стала жесткой, из такой платок не свяжешь.

А вот и знаменитые пестрящие цветами павловопосадские платки, шали и полушалки. Лариса Юрьевна рассказывает, что прежде чем появляется на свет один такой расписной платок, мастер делает 400 дощечек с вырезанным узором…

Вологодское, елецкое кружево – снежинки, вытканные самим Дедом Морозом, можно рассматривать часами. «Гречишка», «жучки», «бабочки» – каждый узор неповторим, даже при всем своем желании второго такого мастерица уже не выткет.
Невозможно оторваться от стенда с ростовской финифтью. С восхищением рассматривая гарнитур «Верность», брошь «Оконце», браслет «Торжество», пытаюсь понять, как создавались удивительные, неповторимые по своей красоте узоры?

Оказывается, наши предки натапливали горницу, а затем открывали дверь и впускали Деда Мороза. На окнах запечатлевались узоры, которые мастерицы переносили на бумагу, а уже потом – на украшения. Поэтому каждое изделие, созданное руками ростовских мастериц – настоящее произведение искусства, завораживающее своей красотой и неповторимостью.

Белизна гжели напоминает снежное зимнее поле. Трудно поверить, что изначально материал был розового цвета и только после долгой обработки стал таким вот ослепительно белым. Этому промыслу 670 лет. Здесь не только блюдца, чашки и чайники, но и симпатичные фигурки зверей, то, что мы в просторечии называем игрушкой, а искусствоведы уважительно – малой скульптурой. Например, симпатичный лев или лошадка. Есть и «человеческие» сюжеты. Никаких абстракций, никаких фантастических образов – лучшая летопись русских вкусов, русской жизни.

IMG_4545

Но посетители выставки и представить не могли, что они увидят и работу легендарного мастера по гжели Татьяны Сергеевны Дунашевой. Она одна из первых гжельских живописцев, работавших над созданием современного гжельского стиля в фарфоре с росписью подглазурным кобальтом. Дунашева любила говорить, что ей выпало немалое счастье – хранить и развивать творческое наследие старейшего народного промысла России. Искусство мазковой росписи фарфора доведено ею до совершенства. Татьяна Сергеевна ушла в 2005 году, а ее работы бережно хранятся в музеях нашей страны, являются бесценными раритетами. Кстати, авторская чашка Дунашевой в нашем городе получила постоянную прописку – подарок непревзойденного мастера цветочной росписи известному туапсинскому художнику Евгению Марусину (заглавное фото).

– Судьба свела меня с Татьяной Сергеевной в 80-е годы, – рассказывает Евгений Вячеславович, – и она подарила мне на память о нашей встрече эту чашу, которую я бережно храню. Мастерица подробно описала мне технику создания своих произведений, а я записал ее рассказ слово в слово. Это восемь страниц рукописного текста, который венчает автограф Мастера.

Евгений Вячеславович открывает старенькую тетрадь. Автограф художницы – это великолепный цветок, который даже за долгие годы не поблек и не утратил своей красоты, как и память об этом удивительно талантливом человеке.

– Чтобы изделие из гжели было крепким, его обжигают в печи сначала при 600 градусах, а потом наносят рисунок и увеличивают температуру до 1200, – говорит художник, – ведь как говорили китайские мастера, создатели первого фарфора, чаша должна быть тонкой, как лепесток розы, и крепкой, как сталь. Я очень благодарен судьбе, что свела меня с Татьяной Дунашевой, открывшей для меня прекрасный мир гжели. И конечно, спасибо сотрудникам музея, которые подготовили эту прекрасную выставку, позволяющую каждому туапсинцу окунуться в богатый и неповторимый мир народного творчества.