Последнее слово в сроках премьеры – за ним. Потому что все замки и хижины, моря и острова – его рук дело. А значит, и настроение актеров. Знакомьтесь: Василий Куценко – Страдивари туапсинских подмостков.

– Я ведь пытался уходить, даже ушел! Но через месяц вернулся – не за большими деньгами, как вы сами понимаете, а за театральным воздухом, без которого уже не дышится.

«Мой племянник!» – вот как говорит о трендовом актере Гоше Куценко этот человек. А что, многие верят – ведь фамилия у них одна, оба в театре работают. Только один в театре Моссовета, а другой – в Туапсинском ТЮЗе.

Конечно, это – шутка, про родство со столичной знаменитостью. Хотя у туапсинца Василия Викторовича Куценко общая с Гошей Куценко не только фамилия. Театр роднит обоих. Хотя…

– До 2011 года, к стыду своему, я вообще не знал, что у нас в Туапсе есть театр, – несколько смущаясь, говорит Василий Куценко. – Сорок лет для меня главной «сценой» был туапсинский судоремонтный завод.

Сорок лет Василий Викторович отработал на легендарном СРЗ. «Легендарном», потому как с этим заводом судьбы больше половины туапсинцев связаны. Вот так – самого завода уже нет, а легенды о нем и о его людях живут и будут жить. Так вот, Василий Куценко корабли строил. Ремонтировал кометы и другие суда, становившиеся в туапсинские доки, сходни ставил… А потом – бац! И не стало завода, пошли сокращения, под которые попал и наш корабельщик. Сначала отдохнул, а потом уже устал от отдыха – не привык без дела сидеть. И тут как-то, проходя мимо театра, возле здания которого тысячи раз, наверное, бывал, решил зайти – а вдруг что-то да получится с работой? И вот оно – искусство для народа: приняли Василия Викторовича в коллектив театра. Дворником.

– Это в 2011 году было. И с тех пор мой карьерный рост в гору пошел, – как всегда с шуткой говорит Василий Куценко. – Увидели, что я руками много что могу делать (туапсинцы знают, закваска судоремонтного завода дорогого стоит), и повысили до машиниста сцены. Сейчас я – завпост.

А театральный народ о Василии Викторовиче говорит просто: «Мастер на все руки». И вообще – чуть ли не самый главный в театре человек. Наверное, потому, что знакомство с театром уже начинается с его рук дела – афиши, баннеры. А потом весь спектакль помимо игры актеров видишь игру декораций и реквизита, сделанных Василием Куценко. Кстати, удобные, «горкой» посадочные места в зале, где идут постановки – его работа. На театральном жаргоне это называется «гребенкой». Такую когда-то подсмотрели наши туапсинские артисты в знаменитой «Табакерке» Олега Павловича Табакова. И решили – мы не хуже, такую же сделать можем. Вот так трудами Василия Викторовича вместо приставных стульев в ряд выросла «гребенка».

Все фермы и прочая-прочая для «Кота в сапогах» Василий Куценко более трех месяцев срабатывал. Столько там всяких деталей, столько нюансов! Чертежи, конечно, были, только вот их надо было полностью под масштабы нашей туапсинской сцены адаптировать. Да разве ж только «Кот» требовал к себе так много внимания?

– Моя задача – найти в реквизите все, что нужно для воплощения замысла режиссера. А не найти – так сделать, – с этими словами Василий Викторович ведет в святая святых – свою мастерскую. Тут славно пахнет свежей стружкой, и глаза разбегаются, глядя на все полочки, ножовки, рубанки. Вот здесь и рождается все, что потом усиливает режиссерский замысел и актерскую игру. Наверное, так же великий Страдивари из обычного на взгляд тысяч людей дерева делал очередной шедевр, который оживлял гениальную музыку и подчеркивал виртуозную игру.

Его слово, собственно, и ставит окончательную точку в сроках подготовки спектакля. Будут готовы декорации – будет постановка! Вот сейчас как раз актеры репетируют новую пьесу «Лунный Принц», которую ставит в ТЮЗе Амбарцум Карабашьян (премьера запланирована на начало апреля). И Василий Викторович не просто работает над антуражем спектакля, но и сделал так называемую «выгородку» – в фойе театра выставлен этюд обстановки сцены, чтобы актеры привыкали.

– Теперь я уже окончательно понял, что театр – это не профессия, не работа в обычном смысле этого слова. Это – образ жизни, – обычно веселый и немного ироничный взгляд Страдивари туапсинских подмостков делается задумчивым. – Я ведь пытался уходить, даже ушел! Но через месяц вернулся – не за большими деньгами, как вы сами понимаете, а за театральным воздухом, без которого уже не дышится. За неповторимым волнением, с которым каждый раз смотришь спектакль (не перестаю удивляться, как меняются актеры, становятся совсем другими людьми в ролях)… Театр стал частью жизни не только для меня – для всей моей семьи.

«А вам не предлагали попробовать себя в какой-нибудь роли?» – не могу удержаться от этого вполне логичного вопроса. «Почему нет? Предлагали! – смеется Василий Куценко. – Только, что может быть главней той роли, которую я играю? А для сцены хватит и одного Куценко. Ну, моего племянника!» Как знать, как знать…