Больные танцы
|
Танцуют – все! Даже человек, у которого слуха нет, чувство ритма отсутствует. Правда, каждый по-своему.
Текст: Светлана Светлова
Фото: Анна Бурлакова
Туапсе танцует бальные танцы. Наши пары занимают первые места на открытых краевых и международных турнирах. А среди детей и молодежи растет просто повальное увлечение вальсами, фокстротами, румбами и ча-ча-ча. «След» последних победителей открытого сочинского турнира Егора Костромина и Инессы Гарбузовой привел нас в ДКН, в клуб спортивного бального танца «Фаворит» и к его руководителю Роману Шабанову. Роман – танцор международного класса. Работал в Англии и Америке. А вот последний год учит танцам туапсинских мальчишек и девчонок.
Танцуют все!
в какой-то момент просто как стукнуло! Я понял превосходство танцев, понял их красоту, вкус победы. Так затянуло, что кроме танцпола ничего не видел
– Первый вопрос – что забыл танцор такого уровня в Туапсе?
– Отвечу честно: не забыл, а нашел. Влюбился, женился. Не зря говоря, что туапсинки – самые красивые. А я добавлю: самые талантливые, добрые и умные.
– Скажите, вы сразу видите – этот человек будет танцевать, а этот – нет?
– Танцуют – все! Даже человек, у которого слуха нет, чувство ритма отсутствует. Правда, каждый по-своему. Что касается таких клубов, как наш, сюда же силком никто не тянет, хотя принимаем всех. И как-то подбираются все «сумасшедшие», такие, кого из зала силой не выгонишь. Как я говорю – это не бальные танцы, а больные танцы. Вот когда ты ими заболеваешь, тогда начинает что-то получаться. В 12-13 лет я сам так «заболел». А ведь ходил с шести лет, и меня мама отвела. И стеснялся (было!), и прогуливал. Мама, бывало, отведет меня, а я слиняю. Но потом, в какой-то момент просто как стукнуло! Я понял превосходство танцев, понял их красоту, вкус победы. Так затянуло, что кроме танцпола ничего не видел. И не хотел. Закончил хореографическое училище. Прошел все этапы чемпионатов, побеждал на юниорах, стал призером чемпионата России. С 1987 года я во взрослых танцах, потом ушел в профессионалы.
Побеждают наши пары
- У нас в стране стать чемпионом России нереально круто и нереально трудно. Это не фигурное катание, где есть лидер – одна пара (или две равноценные). У нас навскидку даже сейчас пар пятьдесят высочайшего класса. Поэтому турниры очень жесткие. Это была такая хорошая школа. Поэтому, когда ушел в профессионалы, уже было легко.
– А в Америке, в Англии не так?
– Когда-то Англия была законодателем в бальных танцах. Знаменитый Лаваль, который открыл танго, румбу и другие танцы, был чуть ли не единственным блестящим исполнителем. Потом в Америке был замечательный артист и танцор Фред Астер, он блистал в мюзиклах и шоу, оказал влияние на многих танцоров мирового класса, в том числе на Рудольфа Нуреева. Так вот, он по окончании карьеры основал «Фред Астер компании» – сеть более сотни студий танцев по всей Америке. В этих студиях американцы занимаются в большинстве своем просто так, для себя, в свое удовольствие. И организованные вечера, балы не носят такой жесткий состязательный характер. Люди просто наслаждаются.
– А турниры проводятся?
– Да, но побеждают на них пары из СССР, современной России, Украины. Те, которые переехали в Америку и начали строить карьеру там.
– Как вас позвали?
– Я родился, учился и жил в Волгограде. И когда перешел в профессионалы, друг пригласил меня работать в Америку. У него там к тому времени была открыта своя студия танца в Нью-Йорке. На Манхэттене! Ему нужен был тренер. И хотя у меня уже был сертификат танцора международного класса (а это наивысшая ступень в танцевальной иерархии), мне пришлось там сдавать экзамены и доказывать мастерство. Впрочем, это было нетрудно.
Такие, как мы, и в кабале
– А язык вы знали?
– Английского совсем не знал. Язык танца – он универсален. Но, конечно, без языка было некомфортно. Но мне повезло, одной из моих учениц была учительница, знала русский, помогала. Вот она мне говорила: «Молчи и только слушай». Я молчал, слушал, изъяснялся жестами. А потом как заговорил! Ситуационное изучение языка – самое эффективное.
– А жили где?
– Сначала у друга, который нас пригласил. Квартира тоже на Манхэттене. Потом уже сняли себе отдельную квартиру. Работа-то пошла. В Америке с удовольствием обучаются танцам взрослые состоявшиеся люди. Разных социальных пластов, разного возраста. Я работал тренером у них. Параллельно выступал на различных мероприятиях, работал партнером на танцевальных вечерах. Потом уже трудился в одной из тех самых «Фред Астер студий».
– Американцы действительно, злобные и недалекие?
– Вовсе нет. Обычные люди, такие же, как мы с вами. Правда, они несколько заторможенные с точки зрения быта – у них все под руками, все под боком, поэтому, то, что нас не ставит в тупик, для них может обернуться проблемой. Но это от образа жизни. То, над чем любит шутить Задорнов. Я общался со вполне обычными людьми. Не забывайте, мы встречались в студии танца. А танцы располагают к добру, к радости и дарят ощущение счастья.
- У НАС В СТРАНЕ СТАТЬ ЧЕМПИОНОМ РОССИИ НЕРЕАЛЬНО КРУТО И НЕРЕАЛЬНО ТРУДНО. ЭТО НЕ ФИГУРНОЕ КАТАНИЕ, ГДЕ ЕСТЬ ЛИДЕР – ОДНА ПАРА (ИЛИ ДВЕ РАВНОЦЕННЫЕ). У НАС НАВСКИДКУ ДАЖЕ СЕЙЧАС ПАР ПЯТЬДЕСЯТ ВЫСОЧАЙШЕГО КЛАССА.
– А что было трудно?
– Мне лично не понравилась система всеобщего финансового закабаления.
– Это как?
– Американцы живут в долг. Там все так устроено. Вам предлагают и с легкостью дают, практически навязывают кредиты. На квартиру, на машину. В большинстве своем люди все так там живут. У них все в долг. Поэтому они так привязаны к месту, к работе, так зависимы. Для них потерять или сменить работу – равносильно краху. Я, видимо, в душе свободный человек, не приемлю такой образ жизни.
Гуд бай, Америка! Здравствуй, Туапсе…
– А почему уехали из Америки, раз работа так все хорошо шла?
– Сложный вопрос. Думаете, я сам знаю (смеется)? Ностальгия замучила. Вроде все хорошо, работа кипит, учеников много. Но в какой-то момент я стал задумываться – а что это я поднимаю уровень танцев у американцев? Почему – не в России? Почему не у наших ребят? Ведь их точно так же можно учить.
– Но уже не на Манхэттене…
– Ну и что Манхэттен? Знаете, какие там крысы по улицам бегают? Через пару недель перестаешь замечать Уолл Стрит, Всемирный торговый центр (тогда он еще был), Бродвей… Просто, чувствовал, что Америка – не моя страна, хоть ничего плохого сказать про нее не могу. Знаете, когда уезжал из России (улетал), в самолете почувствовал, что – вернусь. Странное было ощущение. Лечу в другую страну в поисках судьбы, а уже знаю, что – вернусь. Ну тогда-то я не знал – почему. А теперь – знаю: со мной рядом Елена, моя судьба, которую я обрел не в Америке, не в Англии, где работал потом. А здесь – в Туапсе.
– А в Туапсе как попали?
– Как все артисты – с 90-х выступал на побережье. Мы знали многих творческих людей, нас знали. Кстати, до сих пор, когда или занимаюсь судейством турниров, или детей вожу, встречаю людей, которые говорят: «Роман? Шабанов? А я вас помню – там-то и там-то вы выступали…» Это так приятно! А в Туапсе меня пригласили друзья – руководители местного ансамбля бального танца в качестве тренера. Я и раньше помогал им ставить некоторые номера, и детям мастер-классы давал, когда наездом был. Со временем меня пригласили сюда насовсем. Решил создать свой танцевальный клуб «Фаворит» на базе ДКН. И вот уже первый день рожденья справили!
Покой нам только снится
– В общем, вечный странник обрел покой у моря?
– Покой?! Вы издеваетесь? О море мечта всегда была. Вторая моя страсть после танцев – рыбалка. И я спал и видел себя в лодке далеко от берега с удочкой в руках. Но пока удается лишь в пять утра прибежать на набережную и посидеть пару часиков. До позднего вечера – занятия. У меня занимаются подающие надежды солисты, 16-летние Егор Костромин и Инесса Гарбузова – они победители многих престижных турниров. Также очень талантливы Катя Пожидаева, Антон Загребин, Лиза Федорцова, Лиза Дарсавелидзе, Глеб Захарченко. Средняя группа, старшая, младшая – около сорока-пятидесяти человек. И чтобы сделать из них танцоров, надо так выкладываться! Нет, я, конечно, могу научить детей основным позициям в танце, но это не сделает их танцорами. Это как в глиняную куклу вдохнуть жизнь, чтоб она стала живой. Надо отдать все, что ты сам можешь, все свои секреты, все свое понимание. Весь свой опыт. А чтобы так работать – надо забыть и о времени, и обо всем другом, и покое.
Спорт или искусство?
– Бальные танцы вошли и в Олимпийские игры. Как это понимать?
– Люди зачастую не имеют ни малейшего представления о том, чем и как мы занимаемся. В каком объеме. Что это дает в плане физического развития.
Мама ученика рассказывала о ситуация в школе: «Забираю ребенка чуть пораньше с урока, чтоб на тренировку успеть. "Ой, у вас мальчик такой крепкий, спортивный. Не планируете ли его в спорт отдать?" С точки зрения других, танцы – это пару раз в неделю попрыгать под зажигательную музыку. А исследование, проведенное в 1996 году, показало, что степень напряжения мышц и частота дыхания танцоров, исполнивших один двухминутный танец, соответствовали показателям для велосипедистов, пловцов и бегунов на средние дистанции.

Вы бы посмотрели на тренировки Егора Костромина и Инессы Гарбузовой. Они в три часа дня приходят после школы в зал и уходят в девять часов вечера. По нескольку футболок мокрых меняют во время тренировки.

Кстати, вы начали интервью с вопроса – вижу ли я сразу – будет ребенок танцевать или нет? Так вот, есть гениальные с рождения танцоры, есть крепкие середнячки, которым победы даются через кровь пот и слезы, и есть любители потанцевать для себя, так просто. Опыт показывает, что добиваются вершин даже не гении, а все-таки трудяги. Поэтому сразу определить очень трудно.

И все-таки я не хочу, чтоб бальные танцы превратились в спорт. Все неимоверные нагрузки – это только ради того, чтоб танец был легким.
О чувствах и автоматизме
– На мой обывательский взгляд, из современного танца уходит душа. В танце отработано все – даже улыбка партнерши к каждому движению. К сожалению, иногда на паркете танцуют автоматы…

– Это действительно проблема. С одной стороны, как это ни парадоксально звучит, в нашем деле, чтобы появились чувства, надо отработать технику до автоматизма. И только тогда появится возможность выражать свои чувства, наслаждаться музыкой, движением, показывать историю мужчины и женщины в танце.

Но с другой стороны… Да, иной раз это смотрится впечатляюще, когда сильная пара танцует лихо, быстро, ловко, да плюс костюмы интересные на них – но сказать, что это зрелище за душу берёт – такого нет. Думаю, тут все зависит от внутреннего мира танцующих. Если у них есть чувства, если им есть что сказать себе, друг другу, зрителю – это будет танец. Не случайно многие пары – это супруги.
Взрослые дети
– Дети, занимаясь бальными танцами, быстрее взрослеют, вам не кажется?
Бальные танцы – это не просто танцы, а набор обязательных танцев в стиле классика (вальс, фокстрот и тд) и латино (самба, румба, пасодобль и так далее). Понятно, это не детские танцы. Но разучивают их и отрабатывают элементы этих танцев с детства. Отсюда такое иногда противоестественное впечатление.
. Но на то мы и тренеры, чтобы ставить детские танцы с элементами вышеперечисленных. Это действительно сложно, но вы видели наши номера – «Кукла», «Вылет задерживается». Мы стараемся придумать именно детские танцы с элементами взрослых. Чтоб они, так сказать, въелись в кровь. И когда наши детки, повзрослев, приступят и к самбе, и к румбе, и к танго, и к пасодоблю – когда им можно будет уже танцевать все это, для них это будет естественно.

Все танцоры подразделяются по возрастам, у них своя программа, судейство. Здесь восемь градаций – дети, юниоры, молодежь, взрослые, синьоры. И к каждой градации – свои собственные требования по элементам, исполняемым танцам, косметике, костюмам. Например Ю-2 (14 и 15 лет) обязаны выходить на паркет с прической, с макияжем, иначе просто не допустят к соревнованиям. Поэтому девочки к этому возрасту уже умеют и краситься, и лаком волосы заливать. Конечно, они выглядят старше. Тем более юниоры уже вовсю танцуют латиноамериканскую программу. Но это на сцене. В жизни они – обычные мальчишки и девчонки.

Ну, может, более красивые, более ответственные, более крепкие. Вы посмотрите, какая у них у всех осанка. Это тоже главное с чего мы начинаем: спина прямо, лопатки вместе! Без этого нет танцора. Осанка такая должна быть всегда – не только на тренировке. Они даже спят, вытянув спинку стрункой – если, конечно, хотят быть танцорами. За годы занятий у нас сутулые выпрямлялись, плоскостопие у детей «уходило», сколиоз исчезал. Они никогда не будут тяжело ходить, шлепая всей ступней – только перекатом с пяточки на носок. По этой поступи вы всегда отличите танцора. Учим их держать руку одной линией, чтоб запястье никогда не было ниже линии руки. В общем, тут столько нюансов, деталей… Но главное, и маленькие пока этого не понимают, а большие (больные навсегда) уже врубились: танцы им дадут столько дивидендов по жизни! Они, красивые, сильные и стильные, всегда будут королями вечеринок, балов, праздников. Никогда не останутся без куска хлеба. И вечно будут пребывать в удивительном волшебном мире танца, полном музыки и любви.