У друга нашей газеты, ученого и просто интересного человека Сергея Яковлевича Сергина в ноябре двойной юбилей. Ему исполняется семьдесят пять читать дальше

Копия сергин

У друга нашей газеты, ученого и просто интересного человека Сергея Яковлевича Сергина в ноябре двойной юбилей. Ему исполняется семьдесят пять лет. И пятьдесят лет научной деятельности. 

[quote style=»boxed»]В современном либеральном и толерантном мире замаскированная лженаука стала прибыльным делом, за неё не наказывают, более того, дают Нобелевские премии.[/quote]

«Согласен на интервью, – сказал он, – если будем говорить о науке. Обо всем другом – не интересно». Мы пообещали, но, конечно, не удержались. Да и как тут удержишься, если перед тобой такой абсолютно ни на кого не похожий, уникальный человек. Начнем с того, что он — блокадник. Хлебнул в жизни «экстрима», только тогда не экстрим это был вовсе, а героизм. И потом, уже студентом и специалистом – в Горном Алтае, в Казахстане, в степях и пустынях Туркестана… И даже работа в академическом московском институте у него была похожа на экстрим. Да-да! Это все – о нем, о скромном, тихом, вежливом, всегда улыбчивом человеке – профессоре Сергине. О человеке с крепкой волей, по-хорошему «упертом», если он сложил о чем-то свое мнение, смелом и бескомпромиссном…

Итак, о судьбе ученого.

– Сергей Яковлевич! Вот я перечислю ваши «титулы»: горный инженер, профессор, доктор наук… Какой из них вам всего дороже?

– Просто геолог. Всегда мне было интересно разгадать загадку – как формировалась наша Земля, как возникли океанские впадины, материки, горные хребты и другие структуры, как они развиваются вплоть до нашего времени.

– Разгадали загадку?

– Окружающий нас мир, в том числе все живые существа, – это мир систем. Его можно познать только на основе системного мировоззрения, выявляя и исследуя системы. Когда мне удалось выделить глобальную геологическую систему, изучить ее динамику и развитие, я понял, что «разгадка» в моих руках и что я нахожусь на переднем крае знаний об эволюции Земли.
Я оставил в стороне надуманные идеи геотектоники, стал изучать события, реально протекающие в глобальной геологической системе и исходя из этого совершенно по-другому взглянул на мировые геологические процессы.

– И как вас принял ученый мир?

– Ученый мир, со своими монополиями, с трудом воспринимает принципиально новое. Лет пять назад я делал доклад по этой теме на геологическом факультете Санкт-Петербургского государственного университета. Реакция была сдержанной.

– Слава Богу, сейчас за новые идеи не посылают на костер или не ссылают куда подальше…

– Сейчас ситуация в обществе (и в науке), на мой взгляд, еще хуже. В 50-х, 60-х, 70-х годах была настоящая фундаментальная наука. Ученых заслуженно называли элитой общества. А в нынешнюю «рыночную» эпоху, когда продавались и покупались даже ученые степени и звания…

Но в том-то и дело, что реальная наука – явление, независимое ни от рынка, ни от руководителей, ни от царей, ни от других сильных мира сего. А Сергин в науке состоялся. На мое имя имеются ссылки в научной литературе. Оно упомянуто в Большой Советской энциклопедии, в томе 24, в статье о советской науке, в разделе об исследованиях изменений климата. Там отмечают нашу с братом работу по моделированию изменений климата. Мы с ним защитили докторские диссертации по этой теме.

– А что удалось в этом году или за последние пять лет?

– Во-первых, удалось понять механизм возникновения воды на Земле. Он имеет термохимическую природу. Я представил доказательства раннего (предгеологического) формирования глобального океана и подтвердил мысль В.И. Вернадского о геологической вечности океана.

Во-вторых, я дал описание начальных геолого-географических условий на Земле, которые повлияли на последующую эволюцию нашей планеты, вплоть до сегодняшнего её состояния. Теперь у меня имеются все принципиальные решения, чтобы сформулировать основы теории геолого-географической эволюции Земли.

В-третьих, совместно с доктором технических наук профессором БелГУ С.В. Сергеевым я выявил причину существования в земной коре всех материков избыточных напряжений сжатия. Эти напряжения вызывают «стреляние» горных пород в подземных выработках, вплоть до горных ударов и бедствий в шахтах. Их причина – термомеханическая, она связана с послеледниковым потеплением климата Земли и повышением температуры горных пород.

В-четвёртых, опубликована моя книжечка «Угрожает ли человечеству климатическая катастрофа». В ней я привёл дополнительные доказательства научной несостоятельности идеи антропогенного повышения температуры на Земле в последнее столетие. В научных, экономических и политических кругах мира раздут миф об этом потеплении. Обманули всех жителей планеты, чтобы протолкнуть Киотские соглашения о затормаживании энергопотребления развивающихся стран, включая Россию. В современном либеральном и толерантном мире замаскированная лженаука стала прибыльным делом, за неё не наказывают, более того, дают Нобелевские премии. Отмечу, что положительную рецензию на мою книжечку дал профессор Вацлав Клаус. Он был президентом Чехии и смело выступал против экологизма – политико-экономических махинаций под прикрытием слов об охране природы и человека.

– Сергей Яковлевич, мы отдали дань науке сполна, расскажите о семье. Вы сказали, что в большой Советской энциклопедии ваше имя упомянуто вместе с именем брата. Так ваш брат тоже доктор наук?!

– И не один. Нас трое братьев с такой ученой степенью. Владимир – доктор физико-математических наук, Виктор – доктор исторических наук, я – доктор географических наук.

– Что же это за семья у вас такая, кто родители?!

– Обычная семья. Отец работал в Краснодарском троллейбусном парке инструктором. Мама – тоже на простых должностях. Мы с братьями, как ни пытались, не смогли далеко проследить наше генеалогическое древо, оно состояло из простых людей.

– Но, судя по вам с братьями, можно сказать, что гены все-таки сыграли свою роль.

– У нас был еще один брат, старший. Ему в блокаду и после войны досталось труднее всех, тогда было не до учебы и науки, он рано умер.

– А вы помните блокаду?

– Смутно. Разбитое пулей или взрывом окно. Но (вот парадоксы подсознания!) долго еще в детском возрасте мне снились разрушающиеся на глазах дома. Балкон отваливается и летит вниз — и я вместе с ним. До сих пор не могу понять, как нашим родителям удалось сохранить всех детей и не умереть самим. Отец в 1941 и 1942 годах был шофером – возил боеприпасы, он рассказывал, как за машинами гонялись фашистские самолеты. Многие его друзья-шоферы погибли, однажды было попадание и в его машину. Тяжело контуженный, он выжил, но долго не мог работать. Нас эвакуировали, и мы помотались, пока родители не осели в 1949 году под Краснодаром. Выживали своим трудом, как и большинство других людей.

– Говорят, у блокадников особый стержень внутри. И вы, если в чем-то уверены – вас не сломить.

– Так и должно быть. Настоящий ученый опирается на знание и твердо стоит на этой основе. На знании держатся все достижения современного мира. Это касается и нашего города, со всеми его новшествами, хотя общественность не всегда осознает данный факт. Отсюда была и моя сверхнепопулярная положительная позиция по строительству балкерного терминала. И я ведь оказался прав. Экологичность ТБТ – признанный факт. А общество – это ведь не ученый мир, тут царят эмоции, пристрастия или откровенные интересы. И если ты противоречишь всему этому – надо иметь основу!

Поборники чистоты города, которые вели яростную борьбу с ТБТ и обманывали при этом жителей города и района, теперь признали, что прав-то был я! И если раньше меня упрекали в моей позиции, то теперь те же люди приветливы ко мне.

Экологизм, разыгранный в связи с ТБТ, послужил поводом для проведения диссертационного исследования туапсинки Анны Солнцевой. Под моим научным попечительством диссертация успешно защищена, и наш город пополнился молодым учёным. Хотелось бы пожелать ей успешного продвижения вперед.

– У вас такой обширный круг научных интересов, что невольно задумаешься о том, что вам просто нравится что-то исследовать… Строение и развитие Земли, климат Причерноморья, использование солнечной энергии, здоровье и долголетие человека, управление стоком реки Кубань, ошибки и мифы в представлениях людей – вот далеко не полный перечень тем ваших работ…

– Мне правда многое интересно. В том числе преодолевать ошибки и мифы. А если еще проще — мне просто нравится жизнь во всех ее проявлениях, и все хочется понять и исследовать. Может, поэтому я в этом году с внучками предпринял вояж в Крым, сам за рулем, через Керченскую переправу. Может, поэтому с удовольствием с сыном съездил в Турцию (он мне такой подарок сделал), но не на пляжи, а в заповедные и уникальные места Кападокии. Поэтому и основал в Туапсе филиал географического общества. Вместе с ученым, коллегой Сергеем Айтечевичем Мерзакановым мы хотим организовать секцию географических побратимов по отношению к населеннным пунктам. Будет туапсинская ассоциация побратимов от Адриатического моря до Каспийского, от Северодвинска до Тромбзона с центром в Туапсе. Нам бы хотелось, чтобы любители географии приобщались к нашему географическому отделению.

– Что бы вы хотели пожелать самому себе?

– Мне хочется, чтобы в Туапсе были мои научные единомышленники и ученики. Конечно, это больше мечта, чем реальность. Но есть и реальность, часть которой – дружественная для меня атмосфера на работе, в том числе со стороны руководства филиала РГГМУ.

– А туапсинцам?

– Пожелания туапсинцам я бы связал с понятием о смысле жизни, которое сидит в моей голове: смысл жизни в самой жизни, в ее продолжении и поддержании. В расширенном понимании нужно строить свой дом. Давать начало новым жизням и взращивать их. Сильные духом люди убеждены, что Великие боги повернулись лицом к России, что нам нужно верить в свои силы и быть оптимистами. Только оптимизм дает людям заряд энергии стремление к победам и сами победы.