«Очень люблю танцевать, — признается Марет Чачух. – В танце можно сказать все без слов. С танца началась моя работа педагога: учила молодежь Цыпки, где живу с 5 лет, как чувствовать ритм, как правильно двигаться. У некоторых плохо получалось, приходилось из двенадцати танцевальных частей делать только шесть.
Потом поняла: пока сердцем не почувствуют, пока душа не затанцует, так и будет. Ведь что получается? Раньше танец был обязательным на общих и семейных праздниках, танцевали родители, танцевали дедушки и бабушки. Танец для всех был частью жизни. Вот также и с родным языком.
Почему возникла необходимость в таком предмете, как «Родной язык»? Не только чтобы научить читать и писать на нем, а чтобы научить говорить и понимать.
Вот я, например, до семи лет не говорила, только понимала по-русски. Когда исполнилось семь лет, надо было в первый класс идти, страшно стало: как буду учиться, как общаться? Отложили на год. А через год – ситуация мало изменилась. Тогда учительница начальных классов Людмила Филипповна Юровская моей маме сказала: «Знаешь, учиться девочке надо. Пусть идет в школу, я ей буду переводить сначала, а потом выправится». Людмила Филипповна была наполовину адыгейкой, язык знала. С ее легкой руки я пошла в первый класс и уже через месяц заговорила по-русски, по всем предметам стала хорошо учиться.
Теперь у меня два родных языка: русский и адыгейский, на русском общаюсь с коллегами, с учениками, а дома — говорим по-адыгейски. Кстати, думаю я тоже на адыгейском языке».
Марет Чачух после девятого класса поступила в туапсинский социально-педагогический колледж, где как раз в то время открылось отделение адыгейского языка. Затем — в ростовский госуниверситет.
Первый коллектив адыгейского танца в Цыпке создавала именно она.
«Набрали тогда танцоров, — улыбается Марет Чачух, – шесть юношей и шесть девушек, половина коллектива – мои родственники. С костюмами трудно, не было даже самых простых. Первые для первого выступления ансамбля выпросила в Лазаревской у своего учителя танцев. А потом… Что-то сама шила, чем-то помогала администрация Вельяминовского поселения.
Люди наш «Насып» полюбили! Больше того, появились новые танцевальные ансамбли, тот же «Золотой кинжал» в Малом Псеушхо. А где танец, там и песня, там и родная речь».
Марет Чачух ведет уроки родного языка в школе № 12 для учеников начальных классов. Начинают с простого: вот предмет, а так он называется на адыгейском языке. Потом учат буквы. Нельзя сказать, что это легко, ведь в адыгейском языке, например, звук «п» имеет несколько вариантов произношения.
«Учебники, по которым мы учим детей, это литературный адыгейский язык, майкопский. Мы в шутку называем его «кубанский», — говорит Марет Чачух. – А вот в аулах Малое и Большое Псеушхо, в Георгиевском адыгейцы говорят на шапсугском наречии. Мы стараемся на уроках эту разницу подмечать – знания никогда лишними не бывают.
Мне очень дорого, что адыгейскому языку, языкам других национальностей стали уделять такое внимание! Только родной язык может сохранить историю народа, его культуру, показать развитие.
Конечно, неоценима просветительская роль нашего земляка заслуженного учителя Адыгеи Сафера Юсуфовича Аллало, одного из первых педагогов на Кубани, кто ввёл в школьную программу изучение национального языка.
Я очень благодарна директору нашей школы за помощь в организации учебного процесса, поддержку во всех начинаниях. В мае прошлого года на первой районной олимпиаде по адыгейскому языку наша школа заняла первое место».
Сейчас Марет Чачух готовится представить Туапсинский район на традиционном краевом конкурсе «Учитель года» в номинации «Учитель родного языка». За нее «держат кулачки» ее ученики, коллеги, земляки. Так что пожелаем ей «насып», что в переводе с адыгейского значит — счастье!
Фото: magnific.com
Фото: magnific.com
