Мой дед Мелентий дожил до 104 лет, причем, что раскулачен был и рыл Беломор-канал. Отец прожил 96 лет, — говорит Захар Трофимович.  

Забайкальского казака под два метра ростом, крепкого, сильного и бесшабашного взяли в разведку. Никто не знал, что ему и 18-ти лет -то не было. Он прибавил себе год, так и документы справил -чтоб успеть попасть на фронт и повоевать.

Может молитвы Богородице помогли ему, когда вра накинулся на него с ножом, а он успел руку подставить. Шрам-то на локте до сих пор белеет! И на груди – тоже. Когда осколок попал  под сердце, его оперировали в полевом госпитале, в лесу, без наркоза. Тогда врач, чтоб отвлечь, заставил медсестру держать зеркало над ним: «Смотри!» И он увидел свою собственную располосованную грудную клетку и бьющееся сердце. Кто из смертных удостоился такого зрелища? В последний бой в феврале 1945 года он получил сразу пять ранений. Два осколка – в легком и спине врачи трогать не стали: «Живи, сколько проживешь с ними!» Вот  уже до 95 дожил…

Черное море  стало ему родным, когда он освоил Туапсинскую акваторию. Водить суда в маленькой акватории  надо уметь не с меньшим мастерством, чем водить огромные сейнеры в океане. Двадцать лет он был капитаном буксира «Нептун». В порту продолжается династия Петрова — сейчас  здесь работает его внук Константин.

В день юбилея в гости к ветерану прибыли с подарками от  Туапсинского морского торгового порта, а мы были рады увидеть старого знакомого, давнего друга «Туапсинских вестей» Захара Трофимовича Петрова.

ветераны