…Когда жениха прогоняют прочь, и лица невесты не видят гости, а ее родных даже не приглашают в дом… Когда старая читать дальше

…Когда жениха прогоняют прочь, и лица невесты не видят гости, а ее родных даже не приглашают в дом… Когда старая бабушка, собрав пожитки, со слезами уходит в лес, а в доме стреляют в дымоход – это и еще много всего удивительного и есть таинственная, окутанная мифами и легендами, притягательная – самая настоящая адыгейская свадьба…

Лица невесты так и не увидят гости. Зато потом, в окружении пожилых женщин, свекровь откроет фату ножом…

[portfolio_slideshow id=14239]

 

Побывать на настоящей адыгейской свадьбе нам повезло в прошлое воскресенье.

– Приезжайте, не пожалеете, – сказал рано утром по телефону Батмиз Шхалахов, духовный лидер мусульман Туапсинского района, – такого не было у нас в ауле лет десять. Свадьба будет – с соблюдением всех традиций и обычаев.

Что свадьба в разгаре, мы поняли, услышав оружейные залпы. Это в городах запрещено стрелять, а здесь, в горах, можно вспомнить традиции предков. Ведь стреляют на адыгейских свадьбах не просто так.

Но все по порядку: на празднике семьи Хатхе мы увидели и узнали столько интересного и удивительного, что сами жители аула не могли нам объяснить, с чем связан тот или иной обряд!
Но нам повезло – две знающие женщины, хранительницы национальных традиций, стали нашими гидами в прошлое и настоящее шапсугской свадебной культуры. Фатима Коблева, заведующая библиотекой аула Большое Псеушхо, и Тамара Чунтыжева из Майкопа, кандидат педагогических наук, в прошлом – сотрудник института национальных проблем образования, автор книги о свадебных обрядах адыгов. Здесь, на свадьбе она была гостьей как двоюродная сестра отца жениха. И все же.

Из рода Хатхе

– Хатхе – единственная здесь такая в Туапсинском районе семья, – рассказала нам Тамара Чунтыжева. – Эта фамилия не местная. Здесь в основном Шхалаховы, Коблевы, Чунтыжевы, Аллало, Напсо, Мафагел, Хушт, Куадже, Пченашевы, Нагучевы, Хагуровы, Тхагушевы, Нибо, Ачох. А появилась эта фамилия задолго до войны. Местная девушка вышла замуж в Адыгею, за Ахмеда из рода Хатхе. Но очень скоро стала вдовой и с маленьким сыном вернулась в дом родителей – в аул Большое Псеушхо. Сын этот – Гучипс Хатхе вырос, стал очень уважаемым человеком. Он выучился и всю жизнь учительствовал в местной школе. Выпускники школы аула Большое Псеушхо помнят его до сих пор. Уже и школы-то этой нет, а память об учителе живет. У них с женой Шамсет выросли пятеро детей – две девочки и три мальчика. Вот сегодня младший из братьев – Руслан Хатхе женит сына Заура.

В семье Хатхо есть легенда о том, что именно потому что мама одна вырастила последнего в роду мальчика и подняла его, Бог щедро одаривает род именно мальчиками. У всех троих сыновей – только сыновья (в общей сложности – семеро), и у сыновей – сыновья. Несколько лет назад у сына старшего Хатхе – Кандаура родилась внучка – первый раз за пятьдесят лет!

Если собрать всю семью – братьев и сестер, их детей и внуков, будет около пятидесяти человек. Конечно, все родные приехали на свадьбу. А еще все друзья, все аульчане, и пусть жизнь их раскидала по городам и весям, на свадьбу сына Руслана из рода Хатхе приехали все! Около пятисот человек. Может, потому что сыграть свадьбу решили в родовом гнезде – там, где когда-то жили их родители, где они родились и сами женились и куда теперь, после их смерти, каждый выходной приезжают братья с семьями.

Под белы ручки

Мы как раз успели к выводу невесты из дома. Ее, покрытую белым покрывалом, вывели под руки подружки. И, как куклу, поставили в центре большого двора. Забегая вперед, скажем, что так, не двигаясь, она, поддерживаемая под руки, простоит несколько часов. А вокруг будут плясать и веселиться.

Но не все. Справа и слева от открытой площадки установлены несколько рядов скамеек, на которых сидят гости, в одной стороне мужчины, в другой – женщины. И если мужчины – активные участники праздника, то женщины – только сидели…

– Замужние женщины присутствуют на свадьбе как зрители, – говорит Фатима Коблева, одна из родственниц. – Они смотрят, и им уже радостно.

Зато мужчины танцуют, поздравляют – могут делать, что хотят.
Так зачем же вывели невесту? И где жених? И почему нет родителей жениха?

А где жених?

– Адыгейская свадьба, – рассказывает Тамара Чунтыжева, – обычно длится несколько дней с короткими перерывами на отдых. Начинается она с момента сватовства, когда родные жениха (без него) приезжают в дом невесты, когда приезжают за калымом, после чего невесту отдают родственникам. Традиции соблюдаются во всем. Например, когда едут за невестой, ждут нападения, цель которого – сорвать с повозки красное покрывало. Большим позором для сопровождающих являлось, если они не смогли уберечь полотно. Тогда они вынуждены будут вернуться за новым покрывалом, потому что в открытую повозку им никто не отдаст свою дочь. А по пути кортежа женщины и девушки выносят на дорогу небольшие вещицы (кисеты, платочки), а также яйца. Всадники жениха на всем скаку должны были их или подобрать, или расстрелять из ружей. Оставлять целыми яйца и вещи на дороге нельзя! И во двор родителей невесты просто так было не въехать! Всадников встречали местные с кольями и дубинами, и доставалось всем. Но если кому-нибудь из всадников удавалось прорваться во двор, – все, все успокаивались, приехавших встречали по всем правилам гостеприимства.

Сейчас, конечно, так невесту не забирают. Жанночка, жительница Лазаревского, приехала в Большое Псеушхо на машине. Но, как и сто, и двести, и тысячу лет назад, въезд ее во двор жениха сопровождался ружейными выстрелами и веселыми криками.
Весь вечер накануне гости веселились. А невеста сидела с подругами в комнате. Жених – в доме друзей.
Вы удивитесь, но ему вообще нет места на собственной свадьбе! Сразу вспоминаются всякие путеводители по Кавказу и «заманухи» на этнотуры типа: «Свадьба без… жениха!» или «Почему адыги не пускают тещу на свадьбу?» Честно говоря, думала, это просто рекламный трюк. Оказалась – сущая правда, причем многовековая…

– Свадебные ритуалы не придуманы в тиши кабинета, не утверждены всенародным голосованием, – говорит Тамара Чунтыжева. – На них – зарубки далёкого прошлого, отметины социальных, экономических, исторических перипетий, через которые прошёл народ. Прежде чем сделаться частью обычая, он имел реальную или магическую, религиозную основу.

То, что жениха на адыгейской свадьбе нет, связано с древним обычаем. Адыгейские племена жили, постоянно воюя. Было не раз, когда прямо со свадьбы жених отправлялся в горы защищать аул. Так и повелось: пока свадьба гуляет, он должен быть на защите. Символично «охраняет» и невесту, и родных, которые собрались в доме, празднуют и не готовы отражать нападение.
Со временем жениха стали просто удалять из дома на время свадьбы. Обычно отправляли в горы на пастбище. Только ночью, когда все стихает, он мог пробраться к невесте на первую брачную ночь. Некоторые мужчины, с которыми мы беседовали на свадьбе, признались, что так вот, тайком, они даже после свадьбы еще несколько месяцев прокрадывались уже к законной жене. А днем делали вид, что все еще порознь. Он – на своей половине, она со свекровью и сестрами. Почему? Сами не знают! Так было принято! И только когда она родит первенца, их отношения как бы становятся легитимными.

Отсутствие родителей невесты на адыгейских свадьбах объясняется тем, что им нечему радоваться и веселиться: отдали ведь свою дочь, свою кровиночку из дома. Какая же им радость? Никакой калым не может заменить дочки, ее трудолюбивых ручек, ее ласки. Теперь радуются те, кто ее забрал, а родители невесты – плачут…

И мы познакомились лишь с семьей жениха Заура Хатхе: его мамой Мариной, медсестрой поликлиники на Грознефти, его папой Русланом, заместителем директора фирмы «Агропромсервис», с дядями жениха Кандауром и Анзауром из Лазаревского. А семьи невесты здесь нет. Только подружки, с которыми она приехала из Лазаревского. Потом, через какое-то время, молодые поедут к ее родителям в гости. Но раньше бывало и так, что родители невесты годами не знали зятя.

Стоят девчонки, стоят в сторонке

А пока мы всех про все расспрашиваем, перед невестой устанавливают украшенную коробку. И гости-мужчины начинают от имени своих семей на глазах у всех передавать деньги распорядителю свадьбы. У нас это Руслан Шхалахов, житель аула. Руслан – человек с юмором, и в то же время хваткий. Надо ведь не просто собирать деньги, громко объявлять, кто и сколько дал, но и понуждать собравшихся добавить. Нередко от распорядителя зависит, сколько денег соберет свадьба. Сейчас к нему выстроилась целая очередь. И распорядитель одинаково громко и уважительно объявляет имя гостя, дающего деньги, сколько бы он ни дал – пятьдесят тысяч или две. Такая прозрачность «отработана» веками. Все понимают: кто сколько может, столько и дает. И не деньги главное, а уважение.
Только потом нам объяснили, что это – вовсе не подарки. Подарки отдают сразу же, как зашли в дом. Это как бы одаривают саму свадьбу, с этих денег обычно расплачиваются, например, с музыкантами.

А невеста стоит, не шевелится. За ней – стайка молодых девушек. «Стоят девчонки, стоят в сторонке» не просто так. Они, молодые и обязательно незамужние, будут танцевать на свадьбе. Это их обязанность и, наверное, очень приятная.

– На адыгейских традиционных свадьбах танцуют только незамужние девушки, – поясняет Фатима Коблева. – Они стоят рядком, чуть поодаль. Ими руководит девушка постарше. Именно она распоряжается, кто сейчас и с кем выйдет в круг.
А мужчина может выйти, когда захочет. Вот, пока старейшины с карандашом и блокнотом подсчитывают деньги, распорядитель дает знак музыкантам, и начались танцы. Так заполняется пауза. Он показывает рукой на гостя – гость выходит в круг, а «старшая» дает знак девушке, которую считает нужным отправить танцевать. Не все так просто!

Наконец старейшина готов громко объявить собранную сумму. Под одобрительные выкрики и выстрелы из ружья сумма оглашается и отдается родственникам жениха.

Покажи личико!

И вот следующий этап. Обряд введения невесты в дом и снятие покрывала. Взыграла гармошка, особенно громко загремел барабан, застрекотали трещотки – и повели невесту к свекрови. Музыканты впереди, невеста с подругами следом.
Кстати, раньше невесту в дом к жениху сразу не везли.

– Мне рассказывали старые бабушки, что когда они выходили замуж, их сначала привозили в так называемый «чужой дом» – дом родственника жениха, – говорит Фатима Коблева. – И до свадьбы (неделю – две) они находились там. И не просто так! Зачастую им устраивали целые испытания: нарочно запускали сопливых мальчишек с грязными лицами, нерасчёсанных девочек. Если она их умывала, приводила в порядок, девочкам в косички вплетала ленты, всем, естественно, это нравилось.

А нашу невесту, наконец-то, ведут в дом. Ведут под руки, потому что она покрыта белым платком-покрывалом, и ничего не видит. Жанна уже знает, что ступить в дом она должна на ткань и обязательно с правой ноги. Раньше невесте кидали под ноги шкуру барана или козла. Сейчас – ткань или ковровую дорожку. Это так называемая дорога невесты. Она привела нашу невесту к очагу дома жениха. Здесь ее ждала Марина Хатхе – свекровь, вместе с замужними и старшими в роду женщинами. Пустили и нас.

«Открытие лица» – целый ритуал. Обязательно должен быть нож. Им осторожно снимают покрывало. Но прежде старшая в роду – у нас это была Хурет Коблева – читает благословенную молитву. Потом невесту осыпают монетами, их обязательно должны подобрать дети – тогда и в семье будет много ребятишек. А уж потом Марина осторожно открывает лицо Жанне. Удерживая покрывало на ноже, она закидывает его на дверь.

Считается, что все металлическое сберегает от сглаза, отсюда нож. На дверь покрывало вешали, тоже чтобы им оберечь дом от всего дурного. Кстати, потом это покрывало как платок обычно носила свекровь! Она как бы «забирала» волю невестки, держала ее в доме, чтоб та и не мыслила уйти. Пока свекровь носит ее платок (или хранит где-то), невестка будет в доме. Такая была примета.
Кстати еще о приметах. Раньше, чтобы отпугнуть нечистую силу, даже стреляли в дымоход. Именно для этого звучит пальба и сегодня на адыгейских свадьбах.

Пока всё это происходит, молодёжь устраивает во дворе танцы. В танце парни старались плечом задеть девушку, толкнуть её, неожиданно заключить в свои объятия зазевавшуюся красавицу. Но и последняя была не промах. Она, воспользовавшись какой-нибудь оплошностью кавалера, могла, быстро танцуя, запросто обойти его вокруг, что являлось позором для любого парня. Парни могли поймать замужних сестёр жениха и заставить танцевать. Но она могла откупиться от них бокалом вина.
После всех обрядов новобрачную под свадебную песню, игру на гармошке, хлопая в ладоши и стреляя из ружей, выводили из дома. И… снова прятали в одной из комнат.

Бегство бабки

– К сожалению, сегодня мы не увидели один очень интересный обряд, который сохранился только у шапсугов, – рассказывает Тамара Чунтыжева. – Он называется «бегство бабки». Это когда после открытия лица невесты бабушка жениха «вдруг» начинает «обижаться» на молодую. Она с криком и плачем выбегает во двор к гостям, берет с собой котомку, узелок с вещами и собирается навсегда покинуть дом. За ней идет невеста с уговорами, извинениями и пытается ее остановить. Задобрив подарком строптивую бабушку, невеста возвращает ее в дом.

Мы не смогли его провести только потому, что бабушки жениха уже нет в живых. Но это один из самых веселых и любимых обрядов у шапсугов. Под общий смех и улыбки бабушка «сердится» и «ломается», в то время как несчастная невеста ее уговаривает. Некоторые бабки долго любили мурыжить молодуху!

И танец с папахой

Итак, белое покрывало висит на двери, а невесту, уже с открытым лицом, ведут в дом. Больше мы Жанну не увидим. До конца праздника она будет сидеть в комнате с подружками. А пока мы смотрели обряд, во дворе уже успели накрыть столы и усадить гостей. На заднем дворе в семи огромных котлах варится мамалыга, соус, мясо нескольких видов. И вот теперь расторопные молодые помощники быстро-быстро разносили традиционные яства на стол. Никаких особенных тостов, никакого тамады. Это праздничный обед. Хозяев, родителей жениха за столом не видно – они все в делах. Надо все успеть, за всем проследить – даже присесть некогда. Зато гости поели – и тут же вставали, уступая место другим.

Еще час–полтора – и столы убраны. А свадьба продолжается. Женщины, как и положено, сидели или стояли только как зрители. Мужчины танцевали с девушками – «штатными» танцовщицами.

– Ну и что, что мы зрители? Вы даже не представляете, какое у всех праздничное настроение! – говорит Фатима Коблева. – Свадьба – всегда была самым радостным событием в любом ауле. Раньше ведь жизнь особенно не баловала праздниками. Развлечений было мало, ни телевизоров, ни клубов. Только работа. И такие вот «представления», как свадьба, были настоящим событием. Поэтому весь аул собирался, всем было интересно. Сейчас, в основном, свадьбы стали справлять в кафе, в ресторанах, и, конечно, и традиции забываются. А вот сегодня – просто счастье для всех!

Обязательной программой свадьбы становится и танец с папахой. Это когда гости-старейшины выбирают самую красивую девушку, надевают ей на голову папаху и ставят в круг.

– Заключительный мужской круговой танец – сохранился тоже только у адыгов-шапсугов, – говорит Тамара Чунтыжева. – Смысл его в поклонении красоте, женскому началу. Это не просто «конкурс красоты», как может показаться. С древнейших времен у адыгов рыцарское отношение к женщине, и это отношение высказывается в этом танце. Папаха очень символична. Адыг мог подарить кунаку все, что он захочет – кроме папахи. Потому что папаха – это голова. И вот, отдавая папаху красавице, мужчина как бы склоняет голову перед женской красотой и чистотой, которую она символизирует.На нашей свадьбе папаху надел Хусейн Хагуров на очаровательную головку Нибо Зарине, гостье из Лазаревского.

А напоследок гостям раздали уже самую настоящую, реальную «красоту». Так адыги называют собственноручно сделанный узорный флаг. Кто-то его делает из орехов, кто-то из конфет, кто-то из деревянных бусин. «Красота» вручается каждой приглашенной семье. А поскольку семей много – более сотни, то и «красоты» нужно сделать заранее много. Есть даже умельцы, которые зарабатывают этим деньги. На свадьбу сына Руслан Хатхе «красоту» не заказывал – ее делали родственники. Несколько семей по вечерам кропотливо соединяли деревянные бусины в национальный узор.

Подарили «красоту» и нам. Теперь она висит в редакции на стене, напоминая об удивительной и прекрасной свадьбе Заура и Жанны Хатхе.