Туапсинский морской торговый порт – старейшее предприятие Туапсе . Он был построен задолго до революции, вместе со всей страной, краем вынес тяготы войн, смут, перестроек. И выстояв, только закалился.

Нефтяное начало

К тому времени, когда в Туапсе уже начали строить нефтеперерабатывающий завод, порт приобретал все большее значение как экспортный порт. В 1923 году из Туапсе в Европу ушел первый пароход с пшеницей в трюмах. А вскоре у причалов порта стали швартоваться английские сухогрузы – под кубанское зерно. Поставлять нефть за рубеж было следующим этапом развития экономики и города, и всей молодой Советской России.

Первый начальник Туапсинского торгового порта при советской власти Петр Пашкин тоже «пробивал» строительство порта для дальнейшего экспорта нефтепродуктов. Именно он в далеком 1924 году на заседании при наркоме путей сообщения заговорил о необходимости финансирования немедленной достройки порта. «Только то государство является мощным, которое имеет вполне благоустроенные порты, налаженные железные дороги и сильный торговый флот. На этом зиждется благополучие каждой страны», – сказал тогда Пашкин.

В 1929 году заканчивается строительство нефтеналивного пирса, к которому одновременно могли подойти на погрузку четыре танкера. В этот же год пущен Туапсинский НПЗ, а через нефтебазу уже два года нефтепровод из Грозного поставляет черное золото.

К моменту образования Краснодарского края как административной единицы порт уже специализировался как нефтеналивной, 90 процентов всех грузов были нефть и нефтепродукты. Советское государство через Туапсинский порт экспортировало нефть на двадцати современных по тем временам судах. Практически все они были первопроходцами. И не только в том смысле, что само по себе это дело было новое. Капитаны прокладывали доселе неизвестные пути на Дальний Восток, на Север. Доставляли топливо в борющуюся с фашизмом Испанию.
В августе 1937 года, ровно 80 лет назад, портовики и весь город встречали танкер «Варлаам Аванесов» со спасенными 76 моряками с испанского парохода, торпедированного немецкой подлодкой. Весь мир говорил о подвиге туапсинских моряков, спасших людей. Были случаи, когда туапсинские суда проходили Суэцкий канал, их под овации пропускали вне очереди – именно за то спасение.

В Туапсинском порту, кроме возведения гидротехнических сооружений, промышленных и служебных зданий, развернулось строительство социально-бытовых, культурных, лечебных учреждений. К началу войны в порту имелось 17 причалов –6 нефтеналивных, 5 сухогрузных и 4 судоремонтных, новые мехмастерские, радиоцентр, гидролаборатория, электростанция, две подстанции, несколько складов и даже морской вокзал.

Порт воевал и защищал Туапсе

Порт в годы Великой Отечественной войны – это отдельная героическая страница. В это самое тяжелое время руководил предприятием Александр Гоцуляк. Его называли самородком, так он вышел из самых низов, так и не получив образования – ни среднего, ни высшего. Начинал грузчиком в Новороссийском порту, профсоюзным лидером рабочих. А в год рождения Краснодарского края, в 1937 году, общественника назначают в Туапсинский порт на хозяйственную работу. И это при семи классах образования!

В своих воспоминаниях о войне Гоцуляк писал: «Порт был парализован беспрерывными налетами вражеской авиации. Переключались на работу ночью. Днем тушили пожары, восстанавливали инфраструктуру, ночью разгружали суда. В воздух летели камни, рельсы, куски железа. А портовики выдержали.»
Порт принимал суда с беженцами из Новороссийска, с ранеными, отправлял боеприпасы, горючее на фронт. Задействованы были все буксиры. Сутками напролет Гоцуляк пропадал в порту.

Но однажды его чуть не расстреляли. На Малую землю надо было отправить танки. Представитель ставки Каганович лично вызвал Гоцуляка и дал ему задание. «Да как же я их отправлю?!» – изумился начальник порта. – «Думай!» – был ответ. Всю ночь совещались в порту, а наутро приняли решение: на нефтеналивную баржу, кстати, загруженную топливом, сверху положили шпалы, а на них загнали танки. И доставили морем. Но Гоцуляка арестовали. За вредительство. На нефтебаржи нельзя было что-либо грузить. Особисты пообещали Гоцуляку расстрел, и пока тот сидел под арестом, портовики пешком вдоль моря побежали к представителю Ставки (Каганович располагался в Гизель-Дере) и успели спасти Гоцуляка.

Ровесники края – великие люди. У них великие судьбы. Потому что на их долю выпали испытания, сделавшие их легендами.

В начале войны Гоцуляк пережил и личную трагедию. Он потерял двух дочерей-двойняшек. Он, руководитель большого порта, ничего не смог сделать, чтобы спасти заболевших дочерей. Он был сутками на работе, а молодая жена одна металась в комнате коммунальной квартиры. О смерти детей он узнал, однажды вернувшись с работы. И воспринял это как продолжение войны. В порту на его глазах гибли сотни молодых мужчин и женщин. И эти две маленькие смерти он записал на счет войны.

После войны он восстанавливал порт. Кстати, когда ему предложили построить добротный кирпичный дом, он даже возмутился: «У меня портовики в бараках живут, а мне отдельный дом?!» Так и остался в стареньком деревянном, в который вселился еще до войны. А портовики восстанавливали и город – строили дома, благоустраивали улицы, участвовали в высадке парков, деревьев. Первый памятник погибшим в войне тоже поставили портовики, в 1946 году. Он до сих пор стоит напротив «Каравеллы».

(Александр Гоцуляк с женой и друзьями на городском стадионе «болеет» за футбольную команду «Портовик»)

Эпоха возрождения Игоря Шаповалова

Эпоха Игоря Шаповалова, легендарного директора порта 60-х и 70-х годов, в порту ознаменована подъемом производства, расцветом соцкультбыта. Вообще ее называют эпохой возрождения. Он пришел в порт уже опытным моряком, во время войны возил грузы в караванах из Америки в порты Дальнего Востока. Работал на Сахалине, в Дунайском пароходстве, за границей. В 1960-м году после окончания заграничной командировки был назначен к нам.
Шестидесятые запомнились реконструкцией, строительством домов для портовиков, рекордами. Но не только. Именно тогда на мель вынесло французский сухогруз «Руссильон», остов которого до недавнего времени красовался за пансионатом «Весна» – пока его не распилили на металлолом. Моряков спасали всем портом. И тушили пожар на иностранных танкерах «Лиски» и «Сигни». Шаповалов и еще многие портовики даже получили медали «За отвагу на пожаре». Построили станцию очистки балластных вод, морвокзал, нефтепирс, заложили больницу моряков.

– Дух подъема, даже какого-то авантюризма витал в воздухе, – рассказывает летописец порта, в те годы – секретарь партийной организации Герман Салов. – Причем все ради дела. Вот пример: порту уже просто необходима была реконструкция. Причалов не хватало, те, что были, не справлялись с грузопотоком. Добиться внесения реконструкции в Госплан было невозможно. Мы вместе с Игорем Михайловичем Шаповаловым в Москве исходили десятки кабинетов, были в министерстве – все без толку. Нашли выход: наш земляк, друг Шаповалова работал помощником председателя Совета министров Мазурова. И мы провернули «операцию». Вместе с другими документами на подпись он кладет чистый лист, тот подписывает всю пачку. А потом туда, в этот лист, была внесена строчка «Включить в пятилетний план реконструкцию Туапсинского порта – за счет госкапвложений» И включили! И деньги выделили! И реконструкция пошла!

В 1973 году новый нефтепирс был предъявлен государственной комиссии. Реконструкция Широкого мола проводилась без вывода причалов из эксплуатации. Поэтому грузовой район продолжал работать, и задания даже перевыполнялись.
Игорь Михайлович оставил после себя порт, который имея «шаповаловский» задел, смог успешно работать долгие годы.

Первая ЭВМ и взгляд в будущее

Семь лет портом руководил Дмитрий Слинчак. Он был выдвиженцем из Новороссийского порта. Трудно его принимали после Шаповалова. Но привыкший ко всему относиться прежде всего с чувством долга, Слинчак работал, дальше развивал порт. Как вспоминают теперь его ученики, он «схватился за все и сразу». Занимался и производством, и жилищным строительством, продолжал строить больницу порта, базу отдыха. Но главное, что определяло его как руководителя – стратегическое видение проблем. Он первый в Туапсе начал строить информационно-вычислительный центр. Это сейчас во всех кабинетах компьютеры, но когда-то начало всему этому в порту положил именно Слинчак.
В молодых специалистах Слинчак видел будущее порта и всеми силами поддерживал их, помогал учиться, работать. Он мог запросто посадить на свое место на время командировки стивидора, а мог и послать в Москву, в министерство на важное совещание, диспетчера. В простом матросе Дмитрии Стоянове он разглядел талан организатора, предложил ему возглавить портофлот.

– Я сначала отказался, – вспоминает Дмитрий Стоянов, уже более 30 лет руководитель службы управления флотом АО «ТМТП», – но Слинчак сказал: «Если не трус – будете работать!» Так он определил всю мою дальнейшую жизнь.
Как и жизнь многих молодых портовиков. Его выдвиженцы в 90-е встали у руководства портом – это Олег Антонов, Валерий Чубинидзе, Александр Габедава, Фатима Нибо.
Каждое утро он начинал с того, что обходил порт. Его белая каска виднелась издалека – Слинчак был могучий, как дуб. Начинал обход с грузового района, потом мастерские, гараж, заходил на пассажирский причал, обязательно поднимался на борт буксиров, в тот час стоявших у причалов, и шел дальше – на нефтепирс. Ему надо было самому видеть, как живет порт.

(Дмитрий Слинчак и руководители города и района Анатолий Мартынов и Ксения Самушкова принимают в порту высоких гостей из правительства СССР)

В период его руководства завершилась реконструкция грузового района Широкого мола. Уже в 1981 году порт перерабатывал более двух миллионов тонн сухих грузов. По итогам очередной пятилетки многие портовики были награждены высокими правительственными наградами. Порт прирастает новой техникой, новыми кранами, номенклатура груза расширяется. А сам Слинчак после жалобы был вынужден уйти из порта. Его «затаскали» по разборкам за то, что он провел два выходных дня с женой в одном из домиков на портовской базе отдыха и не заплатил за эти два дня. Слинчак не стал оправдываться, посчитал, что если эти два дня важнее всей его работы в порту – так тому и быть. И он ушел.

Это сейчас говорят, что он был руководителем новой формации, что опередил свое время. А тогда, сколько ни писали портовики писем в его защиту, сделать ничего не смогли. Наступало новое время, которое напрочь перевернуло представления о том, что хорошо, что плохо. И это уже совсем другая история.
В 90-е Туапсинский порт, следуя велению времени, пережил все, что тогда пережили и наш Краснодарский край, и страна. Порт акционировали. В отличие от многих предприятий, которые в тот период переживали упадок, перегрузка в порту шла стабильно. Это было одно из немногих предприятий Краснодарского края, которое «держало» экономику не только района, но и края. Именно тогда портовики, одни из немногих в городе, проводили много мероприятий, участвовали в строительстве кадетской школы, во многих социальных программах района и края (эти традиции сохранены в порту и сегодня).

Сильная компания с большим потенциалом

Сегодня Туапсинский морской торговый порт, как и прежде – в десятке лучших отечественных портов. Движение здесь не останавливается ни на секунду. Сюда идут грузопотоки из центра и юга, с Урала и Западной Сибири. Отсюда морем приходят и уходят грузы в страны Средиземноморья, на Запад и Север Европы, на Ближний и Средний Восток, в Индию и Северную Америку. Портовый флот, техническая оснащенность порта – его нефтеналивного и сухогрузных терминалов – признана одной из самых высоких среди стивидорных компаний России.

АО «ТМТП» входит в UCL Port – стивидорный дивизион международной транспортной группы UCL Holding, объединяющий также АО «Морской порт Санкт-Петербург», ЗАО «Контейнерный терминал Санкт-Петербург», ООО «Универсальный перегрузочный комплекс» и АО «Таганрогский морской торговый порт». Основа грузопотока порта – наливные, генеральные и навалочные грузы, в том числе нефть и нефтепродукты, уголь, черные металлы, зерновые. Специализированные терминалы – нефтеналивной, зерновой и ро-ро – оснащены современным оборудованием, которое не только повышает производительность, но и обеспечивает высокий уровень промышленной и экологической безопасности.

В течение многих лет Туапсинский морской торговый порт последовательно реализует долгосрочные инвестиционные программы, направленные на модернизацию производственных мощностей, усовершенствование энергоэффективности, повышение экологичности и безопасности производства — всего того, что и делает порт сильной компанией с большим потенциалом и перспективами развития.

2017 год во многом – знаковый для Туапсинского порта. В декабре исполнится 25 лет с момента акционирования порта, новой главы его почти 120-летней истории. К юбилею порт подходит с рекордами. Так, в июне на Туапсинском зерновом терминале была перевалена 10-милионная тонна зерна с момента его запуска в Туапсинском порту в 2010 году. В феврале был поставлен суточный рекорд по выгрузке вагонов, который уже в августе был побит новым достижением – 457 вагонов в сутки. До конца года еще есть время и для новых рекордов.

Растет грузооборот, обновляется техника, внедряются новые технологии. Но, по прежнему, главной ценностью порта остаются люди, которые здесь работают. Как и прежде, реализуются многочисленные социальные программы – дети портовиков отдыхают в лагерях (путевки приобретает предприятие), работники могут также отдохнуть по путевке, тем, кто попал в трудную ситуацию, оказывается материальная поддержка. Особое внимание – многодетным семьям, работникам, находящимся в отпуске по уходу за ребенком, и одиноким матерям. Ежегодно АО оплачивает дополнительные медицинские услуги в рамках добровольного медицинского страхования не только портовикам, но и ветеранам порта. Заботу о тех, чья трудовая жизнь была посвящена порту, здесь считают своей святой обязанностью.
Но главное, Туапсинский порт, как сильное градообразующее предприятие с традициями, продолжает, как и сто лет назад, как и в год образования Краснодарского края, жить с городом и районом одной судьбой.

Порт не остается в стороне от решения важных для всех жителей Туапсе проектов – только на реконструкцию городской набережной АО «ТМТП» выделило 10 миллионов рублей. Портовики помогают школам и детским садам, спортивным школам, организациям, объединяющим людей с ограниченными возможностями здоровья. Практически все садики города получали (а многие неоднократно) спонсорскую помощь от АО. Только в этом году с начала года детским садам и школам города было выделено более трех миллионов рублей. Ни одно обращение о помощи не было оставлено без внимания.

А что в будущем? Этот вопрос мы задали Управляющему директору АО «ТМТП» Андрею Ярославцеву.

– В ближайшие годы во главу угла мы ставим дальнейшее развитие порта. Это связано, в первую очередь, с развитием зернового терминала, со строительством его новых мощностей. Есть другие задачи, требующие больших трудовых и финансовых затрат. Продолжается обновление парка перегрузочной техники – это не только малая механизация, но и портальные краны. Не ставим точку и в модернизации портового флота, обсуждаем новые проекты и в области промышленной безопасности, экологии.
Есть планы и по другим направлениям, стремимся к сбалансированному развитию всех сфер жизни и работы порта, ведь здесь, как в сложном механизме, нет незначительных, второстепенных элементов.